Изменить размер шрифта - +
Им еще предстояло добраться до городской квартиры супружеской четы, которая в отсутствие хозяев стояла в запустении, и привести ее в порядок к возвращению хозяйки.

Впрочем, обустройством быта должен был заняться Ваня, который был не только охранником, шофером, но и мастером на все руки, а когда нужно, так и горничной, и поваром, и грузчиком. Этот высокий немногословный мужчина, повидавшей в своей жизни не одну «горячую точку», обрел наконец семью и дом, повстречав Василия Петровича и взяв над ним шефство.

Однако сейчас Ване совсем не хотелось уходить от улыбавшейся и явно обрадованной встречей Инги. Охранник не сводил с нее глаз, не глядя на стоявшего на пороге Василия Петровича.

– Нам с тобой, Ваня, уже давно на боковую пора, – уговаривал тот охранника. – Не забывай, у нас с тобой завтра очень тяжелый день предвидится. А сегодня еще лежбище себе обустроить нужно.

– Домработница все сделает. Я ей уже позвонил.

– Уборщица только завтра с утра появится. Лежбище на ночь нам с тобой самим придется готовить.

– Да помню я, Василий Петрович, – с нескрываемой досадой отвечал Ваня, все еще держа голову вполоборота и косясь на Ингу. – Только чаю мы могли бы и выпить. Шутка ли – шесть часов за рулем! В глотке все пересохло.

– Идем, идем, Ваня! Чаю он захотел! Сейчас в ресторане попьем чайку. А я так и от чего покрепче чая тоже бы не отказался.

Наконец, голоса мужчин затихли внизу. А спустя секунду хлопнула входная дверь. И Алена кинулась на шею к Инге:

– Наконец-то они свалили! Ура! Свобода!

– Объясни мне скорей, как вы тут все очутились? Я ведь и правда к вам собиралась ехать. А тут вдруг вы пожаловали! Совпадение?

– Единство мыслей и чувств, – предположила Алена и не удержалась, спросила: – А ты чего к нам собралась? То тебя не дозовешься, то сама напроситься решила.

– Так… – не стала распространяться Инга. – Захотелось вдруг что-то.

– Ты, это, вокруг да около не виляй, – приказала ей Алена. – Я ведь тебя сто лет знаю. Говори, что у тебя случилось?

– Ничего не случилось.

Инге не хотелось говорить о музыкантах, поселившихся внизу. Ремонт – еще ладно, с ремонтом у соседей ни один несчастный не сладит. А вот узнав о том, что она не смогла призвать к ответу распевшихся джигитов, Алена бы подняла подругу на смех. Сама Алена с такими вопросами расправлялась на раз-два-три. Просто сообщала о возникшей проблеме мужу, и проблема решалась. Алена настолько привыкла, что Василий Петрович всегда есть под рукой, что уже не задумывалась о том, как живут другие люди, у которых таких всемогущих крепеньких волшебников не имеется.

И поэтому Инга лишь повторила:

– Ничего у меня не случилось. Все в полном порядке.

– Ну, а у нас – так нет!

Алена отреагировала так, словно только и дожидалась возможности излить Инге душу. Скорее всего, так оно и было. Догадка Инги была близка к истине. В поместье, которое купил и заботливо обустроил муж Алены, было все, что требовалось его широкой русской душе. Но вот Аленкиной душеньке чего-то там на просторах среднерусской полосы все же не хватало. А попросту говоря, Алене в сельской глуши было скучно.

Муж коротал свободное время в обществе местных мужиков, Вани и нескольких бутылок отличного самогона, который гнали под его личным руководством и который он считал самым лучшим пойлом на всем свете. И еще у Василия Петровича было любимое занятие – хобби. Он всю свою жизнь обожал скаковых лошадей, любовался ими и восхищался их мощью. И теперь тратил все свое время, силы, да и финансы на выведение новой верховой породы, которая могла бы поднять престиж России в этом вопросе на прежний, еще царский, уровень.

Быстрый переход