Однако, чтобы добиться этого, нужно было поработать!
Я не особенно полагался на собственный вкус и использовал последние достижения кибернетики и биологии, сконструировав специальную электронную машину для программирования красоты. Чтобы выработать определенные критерии, я ввел в нее репродукции скульптур и женских портретов, созданных величайшими мастерами различных эпох: от Венеры Милосской, "Мадонны" Боттичелли, разумеется, Джоконды, "Махи обнаженной" Гойи до шедевров более поздних художников. Пикассо и его учеников я избегал, чтобы не наделить кого-либо из пациентов носом на щеке.
Короче говоря, все было готово, чтобы приступить к делу. Мои приборы гарантировали достижение безупречной неповторимой красоты форм и черт, красоты голоса и взгляда! Теперь я мог рассчитывать на успех моего метода, на славу, известность... и деньги. Но, поверь, я стремился не только к этому: я жаждал сделать прекраснее весь род человеческий, помочь десяткам миллионов людей избавиться от омрачающих их жизнь комплексов. Теперь требовалось экспериментально подтвердить, что вызванные изменения со временем не стираются. Необходимо было "переформировать" первую пациентку и затем хотя бы в течение трех месяцев понаблюдать за ней. Но где ее найти?
Помог случай. Однажды вечером, возвращаясь пешком домой, я вытащил почти из-под колес автомобиля девушку. Это было достойное сожаления существо, казалось, она совмещала в себе все возможные физические недостатки: была горбата, толста, кривонога и на редкость безобразна. Девушка плакала и вырывалась. Когда мне удалось наконец ее немного успокоить, я узнал, что беднягу бросил парень, бросил ради другой... Ей не помогло ни то, что она окончила философский факультет, ни то, что знала на память сотни лирических стихов. Она не могла примириться с мыслью, что мир любви для нее закрыт, поэтому решила покончить с собой.
Не стану тебе рассказывать, как мне удалось ее уговорить принять участие в моем эпохальном опыте; важно одно: она согласилась. С дрожью в сердце я приступил к эксперименту... Он длился несколько дней, которые показались мне вечностью... Но результат - результат пoразил меня самого!
Моя маленькая уродка превратилась в образец идеальной красоты. Ни одна ее черта не подлежала критике. Я, ее создатель, был обезоружен. Она, потрясенная, счастливая и не верящая собственным глазам, не отступала от меня ни на шаг, словно опасаясь, что чары развеются.
Это меня устраивало: я мог постоянно наблюдать за своим первым "произведением". Ежедневно я подробнейшим образом записывал результаты наблюдений и сравнивал их. Чем больше проходило времени, тем больше я убеждался в устойчивости внесенных изменений. Как ученый я имел право быть довольным. Но как человек...
Ее первые шаги в новом воплощении были очень робкими, но постепенно она становилась все увереннее, перестала избегать людей... А я, ловя восхищенные взгляды мужчин, начал страдать. Я узнал, что такое сомнения и ревность. Я просто влюбился в нее и боялся, что потеряю. Трехмесячный срок подходил к концу, и я понял, что единственный способ удержать ее - это объясниться.
- Что ты и сделал, - вставил я.
- Что я и сделал. И мое признание было принято благосклонно. У нас двое чудесных ребятишек. Она заботится обо мне - следит, чтобы я не располнел.
Он искоса взглянул на тарелку с крошками от ромовой бабы и добавил:
- Я был бы совершенно счастлив, если бы не отвратительные условия на работе. Шеф ко мне придирается.
- Не понимаю... У тебя есть шеф? А как же твой кабинет безупречной красоты?
- Все пришлось уничтожить. Только с таким условием она и вышла за меня. Неужели ты хоть на минуту мог предположить, что даже красивейшая в мире женщина способна примириться с мыслью о соперницах?..
|