— И откуда такие берутся? Может, из зверинца сбежала? — спросил он, впрочем, далеко от моей спины он не отходил.

— Главное, чтобы она здесь одна такая была. Ты, кстати, шкуру снимать умеешь?

— Я? Нет, Алексей Николаевич, я, может, и сумею разделать поросенка, но эту тварь… Да я даже не подойду к ней, — он на секунду замолчал, а потом продолжил, — если, конечно, вы не прикажете. Только брать с нее нечего. Шкура вся порченная.

— Встретим еще такую, будет бить в сердце или в пасть, — кивнул я, продолжая осматривать, может, хоть рог получится отломать, будет трофей?

— Не хотелось бы, конечно, но сейчас я уже ни в чем не уверен.

— Григорий, я все хотел спросить, а почему там в трактире ты увидел гнилое мясо, а не как остальные — изысканную еду?

Антипкин ответил не сразу, и я краем глаза наблюдал за его лицом. На нем отразилась ожесточенная борьба: Григорий хотел сказать правду, но не знал, можно ли мне доверять. Потом шумно вздохнул и ответил:

— Сила у меня такая, — спокойно сказал он. — Сам я могу магию использовать, а если в меня бросить тот же огненный шар, но никакого урона не будет.

— Поэтому ты и предложил заколоть ее ножом, да? — и поэтому моя воздушная подушка лопнула.

— Да, Алексей Николаевич, поэтому.

— Никогда не встречал такой силы, — я на всякий случай пнул тушу зверюги, чтобы убедиться, что та сдохла. — Это родовая?

— Сложно сказать. Никто в семье особо не задумывался об этом. Я и сам случайно узнал, когда меня по молодости одна барышня приворожить хотела.

— То есть магические зелья тоже не берут?

— Нет. Все, что содержит в себе магию — не берет. Если хотите, можете в меня заклинанием запустить. Мне ничего не будет.

Я покачал головой, потому что видел правду. Точнее, поток ветра, который создал позади него и который не причинил ему никакого вреда. Очень интересно. И необычно.

— Ладно, пойдем отсюда, — я с хрустом оторвал рог твари. — Оставим ее здесь, не тащить же ее к дормезу.

— Точно? Может у этой твари сердце полезное.

— Хочешь вырезать?

— Никак нет! — он испуганно отскочил, а потом заинтересованно уставился на обломок в моей руке. — А можно мне второй?

Я кивнул и отломал второй. Это далось легко с учетом усиленными магией мышцами.

— Кстати, грибы-то нашел?

— Нашел! Там целая россыпь белых, и крепенькие такие! Хотите, я вам суп сварю? Только мне корзинку найти нужно.

Искомое нашлось в пятидесяти метрах от туши твари. Григорий аккуратно сложил все грибы обратно, стряхнул все листики и прижал корзинку к груди.

Пустив Антипкина кашеварить на кухню, я разложил на столе карту. Какое странное выдалось утро! Меня всё занимал вопрос, как мы оказались в этом лесу. Вооружившись пером, я провел линию из Сормовских Далей на восток — именно так мы ехали последние два дня. Должны были ехать.

Острие скользнуло по желтой линии дороги и недвусмысленно остановилось в Больших Вятках. Там, где мы и должны были оказаться.

— Хрень какая-то, — пробормотал я. — Как же это так?

Я точно знаю, что мы ехали по дороге почти целый день, все, что я видел, совпадало со значками на карте: небольшое озеро, три холма, лощина.

Значит, мы куда-то не туда свернули на следующее утро. Здесь было одно большое но: дорога была все время прямая, и других здесь не было.

— Григорий, — я поднял голову, — а ты когда-нибудь бывал в этих краях?

— Нет, Алексей Николаевич, — он помешивал суп, распространяя по всей комнате ароматы грибов, — я вам сразу сказал, что дальше пригорода нигде не бывал.