— Что случилось?

— Алексей Николаевич, все в порядке, — он, охнув, поднялся, держась за отбитое бедро. — Не поняли друг друга.

— И каков был предмет спора?

— Не имею привычки жаловаться, — ответил он, глядя на болтающихся в моем заклинании бандитов, — но думаю, хорошо, что вы не пошли в этот трактир. Обманывают они путников.

— Как именно?

— Заказал мясо, а принесли какую-то дрянь. Пытался жаловаться, так меня выкинули. Не дело же! Вроде приличное место, вон какое здание отгрохали. Я лучше на козлах перекушу. Мне ребята лепешек в дорогу дали.

— Нет, Григорий, так дело не пойдет. Не люблю, когда моих людей из трактиров выкидывают, да еще по такому поводу. Посторожи-ка этих, я сейчас вернусь. А еще лучше, вызови стражников.

Настроение было испорчено.

Когда я вошел внутрь, в нос снова ударил приятный запах мяса. Но глянув в тарелки посетителей, сразу увидел, что кормят здесь очень плохо. Даже салат и тот наполовину состоял из подгнивших овощей. И при этом зал был полон людей, которые с азартом уплетали отвратительные кушанья.

— Кто здесь главный? — громко спросил я, поймав тощую официантку.

— На кухне, — пискнула она и умчалась.

На меня никто не обратил внимания. Вообще. Никакого. Я слышал только стук ложек и чавканье. Пожав плечами, я прошел через весь зал в сторону двойных дверей, из которых то и дело показывались сотрудники. И чем дальше шел, тем страннее были ощущения. В одну секунду мне чудился запах гнили и земли, в другой — аромат копченостей, что рот моментально наполнялся слюной.

Это меня озадачило. На кухню я зашел с грохотом дверей об стены. И сразу на меня уставились десятки глаз работников. На них были грязные фартуки, на лицах толстые повязки, которые защищали от вони испорченных продуктов. А она была такой плотной, что у меня глаза заслезились.

Ко мне подскочил один из горя поваров и попытался сдвинуть меня с места.

— Вам сюда нельзя, посторонним вход запрещен!

— С чего вдруг? Тут зона отчуждения? Что вы, вообще, готовите? Из чего? Людей решили потравить⁈

— Они же едят и добавки просят! — совершенно искренне ответил он. — Ни одной жалобы не было!

— А кладбище в километре отсюда совершенно здесь ни при чём. Кто старший?

— Я старший, — массивная фигура вышла из-за спин.

Неприятный толстый мужчина с тесаком наперевес шагнул ко мне.

— Не нравится — вали отсюда! — рыкнул он, чем окончательно поставил точку в своем приговоре.

Одно скупое движение, и нити заклинания дурмана упруго дрогнули. Их я увидел, едва только зашел в трактир. Достаточно сложное плетение, но именно оно заставляло посетителей думать, что они едят изысканные блюда. На меня такое не действовало, но все равно задело, иначе бы я не чувствовал приятных ароматов.

— Никак вы, черти, не научитесь, — сказал я.

Мерзкое заклинание лопнуло с тихим звоном, и все люди на кухне замерли, не понимая, что происходит. А вот в соседнем зале начал нарастать шум. Возмущенные выкрики пополам с изумленными в короткий миг наполнил трактир.

— Ты что творишь⁈ — завопил старший и бросился ко мне, желая достать тесаком. — Не мешай работать!

На моей ладони заплясало жидкое пламя, и я улыбнулся.

Путешествие в отпуск только начиналось.

Глава 26

Старт нового тома

Едва повар сделал первый шаг, я запустил в него шар жидкого пламени, мгновенно поджигая толстяка. Теперь криками наполнилась и кухня. Люди в панике бросали все и выбегали на улицу, толкаясь и оттаптывая друг другу ноги. Кто-то пытался выпрыгнуть в окно и застрял в нем. В помощь им я хлестнул воздушной волной. Незадачливый повар выскочил, как пробка из бутылки, а заодно и вонять стало меньше.