Это неправильно. Он не свободен. Он принадлежит другой.

— Блисс, — начал он, но я отрицательно покачала головой. Он не должен что-либо говорить.

— Это было неправильно, — сказала я ему. Он уже знает об этом и именно это и собирался сказать. Но мне самой нужно было сказать об этом. Услышать, как он подтвердит, что этот поцелуй — ошибка, не то, с чем я могу справиться в данный момент. Моё сердце слишком быстро билось, потому что реальность внезапно накрыла меня.

— Ничего в этом не было неправильным, — начал спорить он, делая шаг ко мне. Я отступила.

— Остановись. Не надо. Да, это было неправильно, — сказала я. Хоть я и не согласна с ним, его слова принесли мне столько же облегчения, сколько и причинили боли. Он не сказал, что совершил ошибку. И я благодарна за это, даже если это и эгоистично.

— Блисс посмотри на меня, — взмолился он. Я не думаю, что это хорошая идея. Если я увижу эти глаза и губы, не уверена, что не брошусь к нему. Я не могу прикасаться к нему. Не могу наслаждаться им. Не могу смеяться с ним и целовать его. Он не принадлежит мне, чтобы я могла обнимать его. Он принадлежит другой, а я целовалась с ним.

Худшее в этом то, что я ни о чём не жалею. Я должна чувствовать стыд. Ужас. Я плохо поступила, но мне всё равно. Я бы ни на что не променяла этот поцелуй. Я буду просто жить со своим преступлением. Со своим недостатком. Кого я обманываю: у меня множество недостатков, но теперь я знаю, что во мне есть действительно серьёзный дефект. Я стала «другой женщиной».

— Тебе лучше уйти, — сказала я, по-прежнему смотря в пол.

Он вздохнул, и я услышала, как он издал разочарованный стон.

— Я не могу, это не… блять! — Он не выразил свою мысль полностью, но я поняла каждое слово. Я чувствовала то же самое. Даже последнее слово. — Там что-то есть. Что-то между нами. Всегда было, с тех пор как я впервые увидел тебя. Но это что-то до смерти пугает меня. То, что у меня есть сейчас… это легко. — Его последнее слово прозвучало тихо, словно ему пришлось признаться в чём-то, чего он стыдится.

Моё сердце уже было разбито, но оно ещё больше раскалывалось на осколки, пока мы стояли тут. Между нами действительно что-то есть. Связь, которая влечёт меня к нему. Заставляя меня желать быть ближе. Он делает мой мир ярче. Я думала, что у меня это из-за ограниченного опыта с парнями, но он тоже чувствует это. Я не одна такая.

Хотя это ничего не меняет. Он хочет лёгкости. А со мной не просто. Это потому что я была больна? Теперь я здорова. Но люди видят во мне только больную девочку. Я ненавижу это. Я не хочу, чтобы кто-либо считал меня таковой, особенно Нейт.

— Я не больна… я избавилась от любых признаков рака, — сказала я, поднимая глаза, чтобы встретить его взгляд. — Уже почти как четыре года.

Он нахмурился и мгновение изучал меня. Словно ничего не понял из того, что я только что сказала.

Дверь открылась позади меня. Я повернулась и увидела Элая.

— Ты в порядке?

Он беспокоится. Мы пробыли здесь дольше, чем я ожидала. Элай, вероятно, расхаживал возле двери, ожидая моего возвращения. Он такой. Он никогда не обращался со мной, словно с больной девочкой. Даже когда у меня не было волос и я проводила дни слишком больная, чтобы поесть и усвоить пищу.

— У нас всё хорошо, — заверила я его.

Он не выглядел убеждённым, но, подождав секунду, неохотно закрыл дверь.