Похоже квартира, в которой я находился, была чем-то вроде склада. Сюда стащили ящики со всем съедобным. Принесли несколько морозильников и запитали их от генератора. Но при этом пользуются свечами. Экономят. Одобряю.

Кроме зала, мебели больше не было ни в одной комнате, хотя даже в нём был только диван, кресло и стол, а остальное пространство занимали всякие коробки, сумки и оружие. Даже в спальне было полно припасов, но не было кровати.

В общем-то правильно. Это ближайшая к магазину квартира. Из остальных уже можно устроить жильё, но тут чисто склад.

Фокси всё это время возилась на кухне в поисках моего заказа.

— О, ты тут? Какое пиво будешь?

— Холодненькое.

— Ага, может тебе ещё омара приготовить? Охлаждаем мы только продукты. Я спрашиваю про марку.

— Да пофиг тогда. Тёмное, если есть.

— Сам и бери тогда.

Фокси ушла, оставив меня наедине с несколькими коробками разной выпивки. Я взял какое-то импортное, в тёмной банке с английскими буквами. Правда на вкус оно оказалось не очень. Поэтому открытую банку я поставил назад, как последняя скотина и взял другое, уже более знакомое — Балтика тёмное.

Вот это другое дело. Захватив пачку чипсов со вкусом сыра, я вернулся в зал.

Фокси уселась на моё место и даже не глянула на меня, пока я корчил возмущённое лицо. Она в это время рассматривала Рустама, а он смотрел на неё.

— Может вас наедине оставить? — спросил я.

— Офигеть, он так на человека похож... Даже взгляд такой. Ну...

— Он и есть человек, только немножко мёртвый.

— Фось, тебя на гнильё потянуло? — послышался позади меня гнусавый голос толстяка.

Я медленно развернулся, готовясь проучить эту быдлоту.

— Похоже он посимпатичней тебя будет, Пятачок, — провоцировал я его.

Фокси прыснула от смеха. Она даже не думала подниматься с кресла и разнимать нас, хотя мы стояли уже лицом к лицу.

Толстячку не понравилось такое прозвище. Но оно ему очень подходило, из-за кругленьких щёчек и вздёрнутого носа.

— Да ты нарываешься, мудило!

— Иди колбаски пожуй, а то ты слишком нервный.

Толстяк не удержался и замахнулся на меня правой. Только в моей голове это происходило так медленно, что я успел бросить свою бутылку пива, а затем перехватить его кулак своей ладонью.

Рустам хотел мне помочь, но я жестом остановил его. Да и Фокси была наготове.

Герц удивился моей силе. Ещё бы. Какой-то пацан остановил удар такого здоровяка. Тогда он перешёл к каким-то приёмам рукопашного боя. Левой рукой схватил меня за грудки, а ногой попытался сбить мои ноги. Но и этого у него не получилось. Я лишь прикрылся от удара правой голенью. У него в глазах вспыхнула слепая беспомощная ярость. Когда всей душой хочешь кого-то убить, но не можешь.

Тогда я стал сжимать и выворачивать его правую руку. Лицо Герца исказилось от боли, а затем и сам он заорал.

— А-а-а, отпусти, урод!

— Не очень-то вежливо просишь, — спокойно сказал я и немного поднажал.

Тот заорал ещё сильнее, а сам начал приседать, уменьшая угол излома кисти.

— Отпусти, отпусти, сука-а! — залепетал он.

— Хватит калечить моих людей, их итак немного осталось, — спокойным голосом сказал капитан, проходя мимо нас.

Я отпустил руку этого невоспитанного придурка.

Фокси молча уступила место появившемуся начальнику, и он так же без слов на него присел.

Толстяк прекратил суицидальные попытки навредить мне, он лишь тряс и мял свою правую руку.

— Герц, у него восьмой уровень, он тебя в бублик может скрутить и повесить сушиться.

— Но он первый.

— Отставить детский сад.