Я же тем временем тратил свою ману, убивая мертвечину.

За час пути набрал почти сто тысяч, но это вместе с тем, что получил в центре. Заодно проверил мутацию, что подарил мне здоровяк.

Во как. Это я меньше потеть теперь буду? Мне бы недельку назад эту мутацию... Однако система готовит меня к чему-то серьёзному. Похоже, дальше апокалипсис не будет для меня прогулкой по парку. И что ещё за класс «охотник»? А чего я гадаю, спрошу «свою Википедию».

— Окей, Ань, что такое классы у мутантов?

— Да когда же вы научитесь руководство читать?

— Я тебе ещё раз говорю, нет у меня никакого руководства и, вообще, это не игра... Ай, кому я доказываю. Просто ответь на вопрос.

— Классы монстров — это пути развития, по которому они пошли. Есть четыре основных класса: охотник, страж, убийца, жрец. А также множество их комбинаций. Помимо них, есть уникальные, которые не пошли стандартным путём.

— А кто такие охотники?

— Неприятный противник. Они выслеживают свою добычу, обычно равного или немного меньшего уровня, выжидают удобного момента и атакуют. Могут легко забраться на здание или в окно. В основном полагаются на силу и ловкость.

— А убийцы?

— С этими вообще лучше не сталкиваться. Отличная маскировка, скорость и ловкость. Из слабостей только низкая живучесть и сила.

— То есть железная дверь их остановит?

— Вполне.

— Стражи, как я понимаю, бронированные и мощные.

— Да, по сути, это танки, на игровом слэнге.

— А жрецы?

— Что-то вроде поддержки, но не стоит их недооценивать. Они могут избавить мутанта от негативных воздействий, например, твоего контроля.

— Вот это новости!

— Ещё могут исцелять и усиливать других мутантов, но сами в бою не слишком опасны.

— Хрень какая-то... Почему они не могут оставаться просто тупыми неповоротливыми созданиями. Я бы убивал их сотнями и горя не знал...

— В основной массе так и будет. Только процентов десять от всех заражённых, могут правильно и главное — быстро развиваться. Зато у тебя есть простор для творчества. Ты можешь создать своего супербойца.

— Это да. Я уже управлял Ваньком, он неплохо подчинялся и быстро развивался. Жаль, что я не мог выбрать ему мутации.

— Не всё сразу.

— Слушай, а почему ты пришла за мной? Это же было очень опасно, и ты вроде не должна мне ничего.

Девушка будто задумалась на секунду. Но, скорее всего, просто подбирала слова.

— Я... Ты единственный, кто помог мне. Я всегда и для всех была обузой. Меня считали тупой, умственно отсталой, неполноценной. Но я просто не умею общаться с людьми и выражать свои эмоции.

— Не знаю, как насчёт эмоций, но тупой я тебя точно не считаю.

— Я знаю. Поэтому с тобой мне комфортно. Хотя я люблю одиночество.

— Понимаю.

— Нет, не понимаешь. Отец ушёл, когда мне было не больше года, а мать постоянно напивалась. Она пропивала пособие, а когда денег не хватало, уносила что-то из дома. Когда она сильно напивалась, то либо плакала, либо била меня, виня во всех бедах. Я даже подралась с ней, когда она продала мой компьютер. А однажды я из дома сбежала, но мне тогда было всего девять. Я испугалась и вернулась обратно.

Я не знал, что и сказать. Особенно боялся, что она неправильно поймёт мои слова сострадания и поддержки, в которых я был не очень силён.

— Когда техника в квартире закончилась, а пособия не хватало — мама начала приводить домой мужчин.