|
Она была жёсткой и в то же время бритвенно-острой. Мягкий кристалл или что-то в этом роде.
На новой странице текст тоже был рукописным. //// Когда погибла Аталанта, скорбели все жители Земли. [Я не знал… Не знал, как выразить то, что творилось у меня на сердце.] //// Каладрис, утратив волю к жизни, растворился в Пустоте. Будь Леди Серебряная Луна ещё жива, возможно, Охотник смог бы пережить гибель Аталанты. [Тот, на кого я равнялся, считая образцом для подражания… Сломался под грузом обстоятельств.] //// Дуротан сошёл с ума, когда племена орков подняли против него мятеж. Всё то, ради чего сражался великий вождь, ударило ему же в спину. Так в Унии появился «второй Апофис», ведомый лишь жаждой разрушений. [Тогда я понял… Не всё в мире происходит по велению Кармы. Адепт сам должен выстраивать колонны, на которые сможет опереться, проходя через трудный период жизни.] //// Габриэль не смог принять себя. Его больше не признавали ни ангелы, ни люди. И не только он. Утратив связь со своим отцом Королём-Торговцем, Монэ Бланш потеряла веру в себя и вернулась во Фронтир. [Добровольно… Тогда я понял: «Человеку нужен человек», даже если ты эльф или архангел. Всем нам на долгой дороге к высшим рангам нужен дом и тот, с кем можно поболтать на кухне поздней ночью.] //// Мой горячо любимый дед Геннадий «Язва» сгорел на работе… Так у целителей обычно и бывает. Если в жизни идёт чёрная полоса — мы с головой уходим в свою работу. Сердце старика не выдержало тоски по Варваре… Будь она рядом, он бы выжил. [На его похоронах я уже не мог плакать… Слёзы кончились. Если бы не Нерея, я бы, наверное, сломался, как Каладрис.] Нерея… Нерея… Моя Нерея… О господь бог, вселенная и силы, управляющие нашим мирозданием! Я благодарен вам за каждую минуту, час, день, неделю и те годы, что вы дали мне провести вместе с любимой… И я буду ненавидеть вас до конца своих дней за то, что вы её у меня отняли. Когда Хронос нас нашёл и Нерея погибла… В тот день погибло двое. [Моё сердце тоже перестало биться.] Однако тут вмешался случай. Сильная связь со стихией жизни заставляла тело и дальше шевелиться… Не живой и не мёртвый. Я стал адептом, которого Жизнь и Смерть отчаянно пытались утащить под своё крыло. Они не понимали… Мне не нужен был мир, где нет моей Нереи. [Так для Унии перестал существовать Михаил Довлатов. А за Стену вышел уже Лодсикер.] /// С тревогой в сердце я перевернул ещё одну страницу, но тут дневник в моих руках начал распадаться на куски. Причём обрывки листов стали растворяться прямо в воздухе. Задействовав «Территорию», я попытался «Откатить Время», но тщетно. Книга жила по своим законам, продолжая разрушаться. — Достаточно! — властный голос раздался за моей спиной. Я резко обернулся. Тысячеглазый Древний вылез из необычного вида портала, похожего на складку в пространстве. На его семиглазой морде читалось негодование. — Адепт Довлатов… Или лучше вас называть Лодсикер? — выбравшись из портала, он поправил на себе одежду. Обернувшись к толпе Высших, Древний щёлкнул пальцами, создавая барьер-полусферу, накрывающий нас с ним. В тот же миг я ощутил, что мы перенеслись в другой хронопоток. Внутри барьера время шло в десятки раз быстрее, чем снаружи. — … Некоторые знания опасны, — Тысячеглазый с недовольным видом снова поправил на себе одежду. — Будь моя воля, вы были бы уже десять раз мертвы! Я бы стёр само упоминание существования такого адепта, как Михаил Довлатов… Стёр этот ваш чёртов Комитет и всю цивилизацию землян! Но мне не нужны проблемы с Легионом. |
