Девица хитро улыбнулась. А вот в глазах Фостерса читался арктический холод.

— То ли дело клан Энтерио. М-м-м-м! — продолжила девица томным голоском. — Одно только название их клана звучит великолепно. Когда стану госслужащим, хочу пойти к ним под крыло. Неофициально, само собой. Обращусь к нужным людям, получу хороший стартовый бонус. Одна моя знакомая сразу после института смогла купить машину. Вот я и подумала… Может, пойдём к ним вместе?

Запись на экране остановилась, и снова высветились варианта: «Да» и «Нет». Само собой, в этот раз выбираю «Нет» — Фостерс меня неделю караулил под окнами «Гнездовья Блоссум». Сильно сомневаюсь, что человека с таким духом и верой в Господина, вообще, можно подкупить. Аарон скорее убьёт человека, предложившего ему взятку, а потом сам же спрячет труп. Вот каков агент Фостерс, которого я знаю.

Вторые врата распахнулись, давая мне пройти дальше.

— Дайте угадаю, — я усмехнулся, глядя на уже практически пройденный коридор, — сейчас появятся третьи врата? Почему, чёрт возьми, их всегда три⁈ Не пять, не семь, не какая-нибудь камео-сцена с боженькой Иссу или Древними, которые с попкорном наблюдают за появлением одарённого на свет?

Конечно же, появляются третьи врата, и снова запускается экран проектора. В этот раз показывается обстановка в чьём-то рабочем кабинете. Фотография Уильяма IV на стене, суровый дядька с тройным подбородком встаёт из кресла босса. Уже взрослый агент Фостерс принимает в руки две урны с прахом и три коробочки с медалями.

— Мне известно, кому ты служишь, Фостерс, — говорит начальник тем голосом, каким отец отчитывает детей. — Но не забывай, что ты не только агент, но ещё и человек. Гражданин, мужчина, одарённый аэромант-магистр [4]… Называй себя как хочешь. Ты часть Аквитании и лицо правопорядка, когда речь заходит об интересах государства. Позавчера из-за тебя кто-то погиб, так как ты поставил интересы Господина выше интересов страны. А медали выдали вам всем троим. Как ты думаешь, Аарон, разве это справедливо?

Съёмка остановилась. На поверхности металлических врат высветились два варианта ответа: «???» и «???». Понятно, что именно выбрал агент Фостерс. Ответ «Не знаю». Вот и я тыкаю наугад, и створки расходятся, пропуская дальше.

Конец прямого коридора — впереди развилка. Взрослый агент Аарон Фостерс стоит на месте. Зубы сжаты, чёрная повязка закрывает ему глаза, по виску стекает капля пота. Обе дороги дальше перекрыты очередными металлическими вратами.

Встав рядом с ним, внимательно смотрю по сторонам. Здесь! Именно в этот момент истории жизни Аарона возникла преграда, мешающая ему пробиться из магистра [4] в старшие магистры [5]. Основа одарённого — это его дух. У Фостерса, очевидно, возникло сильное внутреннее противоречие.

— Налево пойдёшь в госслужащие Аквитании попадёшь, — читаю надпись на вратах слева.

— И предам господина! — рычит сквозь зубы Фостерс. Всё его тело напряглось, будто случился общий спазм мышц. — Того, кто дал мне, моим близким вообще всё. Обучение, покровительство, продвижение по службе.

— Направо пойдёшь, — смотрю на врата справа, — под крыло клана Дадэнфел попадёшь.

Аарон натурально рычит.

— Н-не могу! Я служу Аквитании и служить буду. Я агент национальной безопасности. Иммунитет, защищающий государство от внешних и внутренних врагов. Мои суждения не должны быть затуманены верностью кому бы то ни было, кроме страны и уставу.

Смотрю на Аарона… и у меня прям слов нет.

— Фостерс, ты б**ь взрослый мужик, одарённый, со здоровенными кохонес между ног! Какого х**а ЗА ТЕБЯ кто-то должен выбирать ТВОЮ судьбу?

В порыве эмоций указываю руками на обе двери разом.