Билетом на турнир Сотни Талантов оказалась красивая бумажка золотистого цвета. На лицевой стороне изображён дракон, на тыльной — множество рядов прямоугольных отметок. Две трети из них светились тускло, а одна — сильно ярче. Видимо, это и есть мой билет на фоне остальных.

Что меня удивило больше, так это сложная вязь плетения, интегрированная прямо в материал билета. По сути, я держу в руках часть одного огромного плетения-артефакта с чёткой датой и условиями активации. Ничего подобного мне раньше видеть не приходилось! А ведь я бывал далеко не в одной постройке Древних.

Стоило оторвать корешок билета, как бумага обратилась пеплом. На правом запястье — там, где знаки Первопроходцев — появилась ещё одна отметка в виде герба дракона. При фокусировке внимания на ней перед глазами сразу выскакивает сообщение.

[Пригласительный билет на турнир «Сотни Талантов»: автоматическая активация 15 сентября, в полдень.]

* * *

Отпустив Малдера на все четыре стороны, я направился ко второму неизвестному наблюдателю за «Гнездовьем Блоссум». Он засел в семи домах от нас, на границе сторожевой зоны Валеры. Типичное старое жилое здание Нижнего Города — три этажа, двенадцать квартир, в половине из которых живут орки-работяги.

Сейчас четыре часа дня — почти никого из них нет дома. А вот наблюдатель последние пять дней не покидал своего укрытия. Заказывает еду, следит за моим домом, гостей к себе не водит.

Очередной фокус с телекинезом на дверном замке и дверь с тихим щелчком открылась. В тот же миг наблюдатель…-ница вскочила с кровати, хватая пистолет с прикроватной тумбы.

— Неожиданно, — смотрю на молодую целительницу из команды похитителей консула Комарова. — Один раз я тебя уже отпустил за то, что ты чтишь Кодекс. Второго раза не будет.

— Стойте, Граут! — девушка торопливо бросает пистолет на пол, поднимает руки.

Налицо наработанная сноровка и пройденная боевая спецподготовка — уж больно быстро девица оценила обстановку. Изменены черты лица, общее телосложение. Для целителя средней силы она провела довольно большой объём работы над собой.

— Я вам не враг, — целительница молчит, ожидая какой-то реакции, но я молчу. — По правилам допроса…

— Нет никаких правил — качнув головой, указываю на стену неподалёку. — Вон тот уголок станет твоей могилой. Разрешаю написать на стене последние слова.

— Я… я хочу учиться, — выпалила девица, смотря на меня со страхом. — У вас учиться! Начальство уже списало меня в расход за проваленную операцию по Комарову. Я сбежала, изменила лицо, купила паспорт у одной девицы из Нижнего Города. Сейчас копирую её отпечатки пальцев. Господин… Я никому не причиняла зла, пока здесь находилась. Мне некуда возвращаться.

— Имя? — спрашиваю, обдумывая ситуацию. — Лгать не советую. У меня есть ручной детектор лжи. Соврёшь хоть раз, и я закончу то, что не успел сделать твой предыдущий работодатель.

— Флоренс Найтингейл, позывной «Флора», — целительница сглотнула от напряжения. — Первое поколение эмигрантов на Кубу из Европы. Родилась уже после прихода к власти Молотова. Инициация в семнадцать, училась в Целительской Школе…

Поднимаю руку, останавливая нервничающую девицу.

— Прошлое мне не интересно. Имени Флора будет достаточно, — взглядом прохожусь по скромному жилью целительницы. — Ты хочешь связать со мной своё настоящее и будущее, а не прошлое. В том, что ты знаешь, а что нет, ещё предстоит разобраться.

Целители — редкий тип одарённости. Разбрасываться такими кадрами — верх глупости! Особенно когда тебя ждёт работа над телесной трансформацией шестнадцати Первопроходцев в сжатый срок.