[Так даже лучше. Ей пока рано знать мои секреты,] — подумал я, смотря на комплекты документов от Аарона.

Наставница ожидала услышать: «Наши планы на будущее». Так что я продолжил разговор, начатый ещё на пристани.

— Из-за раскрытия связи между Чаком Норрисом и Максом Граутом я больше не стану использовать ни то ни другое имя. Теперь меня снова зовут Михаил Довлатов.

Наставница на такое лишь тихо хмыкнула. Да, я попросил спецслужбы Аквитании выдать мне паспорт на моё настоящее имя. То самое, с которым я прожил всю прошлую жизнь.

— И ты снова магистр [4], — Хомячкович пристально меня оглядела. — Конец пути на Земле совпал с новым началом. Даже имя то же взял. Эх… Жаль, тебя сейчас Лей-Лей не видит.

Едва грусть посетила лицо Эмилии, как она сама себя похлопала по щекам, возвращая бодрость духа.

— А ну, соберись! — произнесла она самой себе и улыбнулась. — Так-с! Довлатов, ты мой первый пациент, прошедший через процедуру переноса души. Как ощущения? Есть отклонения в духовном или физическом развитии?

— И да и нет.

Прорыв на новый ранг произошёл буквально этой ночью, совпав с окончанием турнира. Меня будут искать как учителя [3], но не как магистра [4]: слишком быстро произошло очередное поднятие ранга. Так что прорыв пришёлся весьма кстати.

Смотрю на наставницу, и на душе становится теплей. Хомячкович — целитель со специализацией исследований — ей сам бог велел выступать проверяющим в особо сложных случаях. Как, например, случаи уникальных духовных трансформаций, доступных лишь магистрам [4–5].

— Тут такое дело, — обеими руками указываю на себя. — Макс Граут — внук друида, переспавшего с драконицей Альдемани. Каким-то образом их генетика оказалась совместима. Первое поколение потомков у них получилось неодарённым.

Хомячкович коротко кивнула.

— Это… противоречит обязательной одарённости у детей драконов, — подумав секунду, наставница снова кивнула. — Понимаю… Видимо, это тот случай, когда флуктуация генов закрепилась в первом поколении. А истинная природа и одарённость проявилась во втором. То есть во внуках. Какие изменения смог заметить?

Пришлось прикрыть глаза и поднапрячь память.

— Повышенная прочность тканей тела, силы мышечных волокон… Из поведенческих изменений: есть что-то вроде усилившейся жад… э-э-э… чувства собственничества. Того же Аарона я хотел на эфир пустить, когда Беаниэль накормила его МОИМ обедом.

Наставница на этот спич тихо хохотнула и кивком дала понять, мол: «Продолжай, вижу, что не всё».

— Основная роль наследия драконов проявилась с переходом на ранг магистра [4], — указываю себе на грудь. — У меня на уровне генетики вшит наиболее подходящий тип духовной трансформации. При открытии пятого слоя в духовном теле появилась и возможность частичной трансформации.

Убрав руки от груди, я трансформировал ладонь в лапу чёрного дракона. Пальцы теперь заканчивались длинными когтями, а кожу покрыл слой пуленепробиваемой чешуи.

— Довлатов «Дракон-чви», — задумчиво произнёс Юджех, внимательно осматривая мою… лапу. — То-то мне показалось, что от тебя теперь пахнет, как от этих ящериц. Да и когда ты про обед-чви от эльфийки говорил, от тебя Властью шибануло. Видимо, гены драконов постепенно берут верх над человеческой природой.

— Минимально, — наставница мгновенно поправила орка. — Мудрейший, я всё же деятель науки и кое-что в этом понимаю. Будь Довлатов обычным… человеком своего возраста, у него бы и впрямь начали пробуждаться черты поведения дракона.