Снова прикрываю глаза и с трудом погружаюсь в воспоминания.

— Велес… В смысле Король-Торговец сказал Монэ: «Принцесса выходит из Хрустальной Башни». Её потом скрутило. Скорее всего, эта фраза отключает ментальную закладку, с помощью которой Велес ею управляет.

Стоявший у двери Ририко вдруг захихикал.

— Народ! Я всё придумал, — стратег указал на меня пальцем. — Щас этой фразой снимем с Монэ контроль от Велеса. Потом Доктор наложит «Сны наяву» на эту псину Граумара… И всё чики-пуки! Хронос получит два подтверждения о том, что земляне вот-вот отправятся в бой. Он хлобысь, и прыгнет в будущее на десять минут! Но мы это знаем… Причём знаем точно и место, где он должен появиться. Так что мешает конкретно этот участок пространства заранее вырезать из мира и закинуть в какую-нибудь дыру на окраине Пограничья?

Аталанта с откровенным изумлением уставилась на мастера-стратега.

— Рискованно.

— Предлагаешь влезть в ловушку? — голос Каладриса был напряжён. — Твой план при малейшей ошибке превратится в самоубийство.

Продолжая хихикать, Ририко смотрел на Охотника и Аталанту.

— Вот! Видите? Вы тоже верите в то, что сон Довлатова был вещим, — улыбка за секунду сошла с лица стратега. — Если ничего не делать, Олимп перехватит инициативу. И наоборот! Если сон Довлатова верен, мы на несколько часов, а то и дней сможем лишить всю фракцию Олимпа их Высших! Я вот подумал… Скажите, чего нельзя делать в междумирье?

Секунду никто не мог ответить на вопрос Ририко. Но тут лицо Аталанты вдруг просветлело.

— Телепортироваться! Там нет чёткой системы координат. Даже интерфейс Первопроходца не работает. Точно! Мне ведь об этом говорил посланник от Атлантиды. Они потому и вынуждены добираться до обитаемых миров верхом на пространственных аномалиях.

Вздохнув, Каладрис помассировал виски.

— То есть… Вы двое предлагаете вырезать кусок пространства, где должен появиться Летающий Остров небожителей, и закинуть его в междумирье? Таким образом выиграть время и нанести удар по ключевым объектам Олимпа. Повторю слова Аталанты. Это рискованно!

Ририко снова довольно ухмыльнулся и ткнул пальцем в грудь Каладриса.

— Вот! Снова. Ты поверил в сон Довлатова. «Обратите внимание на свой ход мыслей, господин Охотник». Возможно, сейчас, в этой самой палате лазарета, мы должны принять решение, которое определит всю дальнейшую войну с Олимпом.

Аталанта прикрыла глаза и медленно выдохнула.

— Будем честны, — произнесла она. — По данным с Биржи Информации, войска Олимпа готовятся к битве конкретно с нами. Судя по тому, как вы с Леди и сама Монэ описываете Велеса, он и впрямь мог нас предать. И наконец, у небожителей четыре полубога и перевес в общем числе Высших… Если ничего не делать, флот из летающих островов-крепостей Олимпа прибудет в Монтеро в течение месяца. Максимум двух месяцев!

Видя, что разговор зашёл в тупик, я внёс свою лепту:

— Да хорош уже! — смотрю на Каладриса. — Проведите закрытое собрание. Пригласите Монэ и скажите ей те же слова, что произнёс Велес. В остальном я согласен с тёщей. В нашей битве с Олимпом можно победить, только если мы, земляне, будем сражаться по-своему.

Кивнув мне, Аталанта положила руки на плечи своих ближайших соратников и с помощью телепортации покинула палату. Мы с дедом остались наедине.

— Кхем! — Геннадий «Язва», улыбнувшись, отвёл взгляд в сторону. — Горжусь тобой, Мишань! Что ни день, то ты такое отчебучиваешь, что у Каладриса волосы дыбом встают… Насчёт провала в негатив.