— Почему она так себя ведет? — спросила Нелл.

Никто не ответил. Мария тоже хотела бы знать, почему для Софи так важно поддерживать миф о совершенстве ее мужа.

— Я ужасно тревожусь о детях, — сказала Нелл. — Даже если он не бьет их, то, что они видят, скажется на всей их дальнейшей жизни.

— Не забывай, детская психика очень гибкая, — заметила Хэлли, прячась за стеной своего обычного слепого оптимизма.

— Боюсь, Софи причиняет им боль, — медленно произнесла Мария. — Может, не физическую, но душевную — это точно.

— Не исключено, что она делает это непреднамеренно, — вставила Нелл.

— Она может переносить на них то, что Гордон делает с ней.

Хэлли зажала уши руками.

— Не хочу больше слышать ни слова об этом — понятно? — ни слова! — Ее голос перешел в шепот, потом совсем затих.

Они сидели втроем, молча, неспособные утешить друг друга. По тому как Хэлли свела брови и выпрямила спину, Мария и Нелл поняли, что она хочет остаться одна. Мария подумала, что со стороны матери было жестоко и грубо так обрывать разговор, однако она поцеловала ее на прощание и, наклонившись, обняла, насколько та позволила. Мария знала, что Хэлли сейчас теряет свою младшую дочь, и не могла даже представить себе, что она должна была чувствовать.

Глава 11

В первый момент Мария подумала, что полученная ею открытка — рекламный трюк, однако при ближайшем рассмотрении карточка с семью разноцветными воздушными шариками и надписью «МЫ СДЕЛАЛИ ЭТО!» оказалась приглашением на золотую свадьбу родителей Гордона. Эд и Гвен Литтлфильд устраивали вечеринку в Масоник-Темпл в следующую субботу. Почерком Гвен, с наклоном в обратную сторону, на карточке была сделана приписка: «Поскольку ты вернулась из далеких стран, мы надеемся, что этот семейный праздник ты не пропустишь!» Мария поняла, что ее отсутствие на свадьбе Софи и Гордона, причиной которого были раскопки, было воспринято как преднамеренное. Она позвонила Хэлли.

— Ты получила приглашение? — прямо спросила ее мать.

— Да, — ответила Мария.

— Софи будет очень недовольна, — сказала Хэлли. — Она просила Гвен не приглашать тебя, однако карточки уже были разосланы. Для Софи было нелегко обратиться к Гвен — они не слишком близки, и она не хотела, чтобы та знала о наших семейных неприятностях. Гвен всегда во всем винит Софи. Иногда мне так и хочется заехать ей по физиономии.

— Насколько я понимаю, ты не говорила с Софи о том, что мы тебе рассказали, — сухо произнесла Мария.

— Нет, не говорила. И чем больше я думаю об этом, тем больше я уверена, что ты ошиблась.

— А как Софи объяснила, что она не хочет, чтобы меня приглашали?

— Она утверждает, что ты преследуешь Гордона. Заходишь к Кэти, чтобы позавтракать с ним. — Голос Хэлли звучал достаточно неодобрительно, чтобы Мария ощутила ярость.

— Не могла же ты поверить в это! — воскликнула она.

— Я и не поверила. Но это то же самое, о чем я говорила тебе, имея в виду Дункана Мердока: ты красивая разведенная женщина, а люди любят сплетничать. Даже твоя сестра неправильно истолковала твои поступки.

У Марии не было слов, чтобы возразить матери. Она ясно понимала, что происходит: ее мать готова была скорее поверить, что Мария пытается увести у сестры мужа, чем признать, что между Софи и Гордоном происходит нечто ужасное.