Я достал свой бинокль, чем тут же вызвал удивление компаньона.

— А говорил с финансами туго?! — уставился он на мой девайс, — Такой даже при самом херовом раскладе, штуки полторы стоить будет.

— У меня его за пятихат взять хотели, — усмехнулся я, — Артефакт из родного мира.

— С тепловизором даже, — похвалил вещь Пушкин ещё раз, — В нашем районе большая редкость, но и прозрачных здесь почти не встречается.

— Кажется есть один, — кивнул я в сторону фабрики, — Я его только в тепловом спектре вижу.

— А ну, дай гляну, — попросил Пушкин.

Я протянул ему бинокль и он сразу припал к окулярам, пощёлкал режимами, поводил им в разные стороны и вернул обратно.

— М-да, кажется я переоценил наши силы, — усмехнулся он, — Там два зелёных ещё. В паре с прозрачными это считай самоубийство, а там их минимум трое. Ну и остальных по мелочи хватает.

— Давай так, — я решил предложить свою тактику, — Вон тот дом видишь?

— Блин, ну конечно вижу, я же не слепой, — усмехнулся в ответ Пушкин.

— Давай с крыши всё, что шевелится поснимаем, а затем уже остатки под зелёной пылью, с земли добьём, — закончил я.

— Мысль дельная, — почесал свою шевелюру тот.

В отличие от меня, он был без головного убора и сейчас, его щикарная копна волос стала оседать под тяжестью влаги. А после того, как он её приплюснул, вообще стала походить на птичье гнездо. Выглядел он очень комично и я не смог сдержать своей улыбки.

— Чё? — не понял он моего счастья.

— Нормально всё, — отмахнулся я, — Просто ты на пугало немного похож.

— Ой, а ты прям ценитель мужской красоты, да? — напустив в голос язвы передразнил меня Пушкин, — Пошли уже, комик херов и хватит уже хвостом вилять.

Мы осторожно вошли в подъезд и прикрывая друг друга поднялись на пятый этаж. Затем сломав замок, изрядно при этом нашумев, поднялись на чердак и уже с него смогли перебраться на крышу.

Расстояние до тварей было чуть больше трёх сотен метров и рассмотреть их в прицел оказалось не лёгкой задачей. Хорошо, что режим ночного видения имелся, но фигурки целей всё равно были маленькие.

— Твой левый, мой правый, — обозначил Пушкин, — Надеюсь помнишь, что первыми выбиваем зелёных.

— Угу, — буркнул я и снял своё оружие с предохранителя.

Точка прицела легла на голову жука-черепахи, дыхание ровное, но руки всё равно гуляют. Даже страховочная оградка в виде упора всё равно не спасает. Но ничего не поделать, других вариантов у нас всё равно нет. Точнее есть, вот только они менее безопасны, чем этот.

Выжимаю свободный ход, ещё раз корректирую точку, протяжный, спокойный выдох и…

— Хлоп, — автомат толкнул в плечо, — Хлоп, хлоп, — бью ещё дважды, чтобы наверняка.

Точно так же делает Пушкин, а внизу уже начинается канитель.

Твари оживились и принялись рыскать, в поисках нарушителей спокойствия. Зелёных мы всё же уложили, о чём свидетельствовал дымок от разложения их тел.

Синие тут же начали метания своими мгновенными рывками, а на крышу одного из цехов выбрался жёлтый.

Навожу на него точку, снова выдох и хлопок, который немногим громче, чем у мелкашки. Несколько выстрелов произвёл Пушкин, после чего взял мой бинокль.

— Прозрачные свалили, — прокомментировал он, — Скорее всего к нам идут, они умные.