— Вначале просто грохот раздался, — продолжил рассказ тот, — Я значит к глазку припал, смотрю что там такое, как вдруг твари мимо меня, сплошным потоком попёрли. Ну всё думаю, конец мне, а этим хоть бы что, валят мимо и даже внимания на меня не обращают. Долго этот парад длился, мне даже смотреть надоело, как они по головам друг у друга ползают.

— Ну и откуда же их там столько? — спросил я.

— Сейчас всё узнаешь, потерпи, — сказал тот с умным видом, наверное давно у него не было такого слушателя, специально теперь интригу наводит, — Стихло затем всё, я спать завалился. Ну а что, днём всё одно не разгуляешься, а там даже поговорить не с кем. Сплю я себе значит и тут снова шум этот. Я подскочил, глазами в разные стороны смотрю, понять ничего не могу. Затем к двери метнулся и снова к глазку припал. А там, твари эти самые, назад возвращаются! Я даже специально на часы глянул, время было часов восемь почти.

— Ну и с чего ты решил, что они под землю ушли? — не понял я.

— А с того, — усмехнулся он, — Я после того, как всё стихло, по следу пошёл и знаешь чего там увидел?

— Ну откуда же мне знать это? — пожал я плечами.

— Нору, — гордо закончил Крот, — Вот такую вот дырку промеж рельс, — он изобразил руками величину лаза, — Точно тебе говорю, эти твари из-под земли к нам лезут.

— Да брешет он всё, — вставил своё слово Гвоздь, — Мы с ним после ходили туда, и не один раз. Никакой дырки там не было.

— А потому, что они её закупорили потом, — завёлся Крот, — Как твои муравьи на ночь ходы замуровывают. Ты же сам видел, там всё рыхлое вокруг было.

— Ну было и что? — пожал плечами товарищ, — Мало ли чего там произошло, может ты сам там лопатой наковырял, чтобы байку эту всем травить.

— Вот ты балбес, Гвоздь, — отмахнулся рассказчик, — Это же наш шанс, заново себе мир вернуть.

— Ага, это интересно каким образом, — усмехнулся тот, — Сейчас опять про королеву матку затирать станешь?

— А почему нет? — удивился Крот, — Я тебе точно говорю, всё так и есть, если матку убить, то не будет больше тварей.

— Вот ты сам дурак, — продолжил спорить Гвоздь, — Даже если ты прав, хоть представляешь, сколько их там? Да туда даже на танке соваться — чистое самоубийство.

— Тут просто головой подумать надо, — не унимался тот, — Вот если бы мы всем Мешком на такое решились, сейчас жили бы себе спокойно и весь город наш.

— Ладно ребят, спасибо вам за всё, — поднялся я со скамейки, — У меня прямо глаза уже слипаются.

— Да ты иди, ложись, — отмахнулся Крот, — Хочешь вон тоже раскладушку возьми, их у правой стены навалом.

— Ага, — кивнул я и зевнул так, что едва челюсть не вывихнул, — А на счёт матки, тема здравая. Только муравьёв обычно травят. У нас садовник всё время борную кислоту с сахаром мешал, помогало.

— Во, — указал на меня пальцем Крот, — Видишь, варит у парня котелок. А ты, дубина, даже подумать не хочешь…

Голоса стихли так быстро, что я даже не заметил. Уснул едва коснулся головой подушки.

* * *

Проснулся я от того, что кто-то гремел кастрюлями, или чем-то таким, очень похожим. Продрав глаза я сел на скрипучей, пружинной кровати.

В свете керосиновой лампы увидел вчерашнего молчуна, который что-то готовил не печи.