Адам ступил на дощатый настил. В дверях постройки появился молодой человек с перепачканными маслом руками.

– Могу я вам чем-то помочь? – Смерив Адама взглядом, он понял, что посетителя интересует не рыба.

– Где мне найти Уина Леттнера?

К нагрудному карману грязной рубахи парня была пришита белая полоска с именем: Рон. Рон скрылся в доке.

– Мистер Леттнер!

Через минуту на порог вышел крупный мужчина ростом явно выше шести футов. Увидев объемистый живот, Адам вспомнил слова Гарнера Гудмэна: “Уин – страстный любитель пива”. Леттнер давно переступил шестой десяток, из-под его синей бейсбольной шапочки сзади выбивался пучок редких седых волос. Года два назад Адам вырезал из газет три фотоснимка специального агента ФБР: темный костюм, белая рубашка, узкий галстук, короткая, почти армейская стрижка. Типичный государственный чиновник. В то время Леттнер не страдал избыточным весом.

– Уин Леттнер. Слушаю вас, сэр, – глубоким грудным голосом сказал он, смахнув прилипшие к губам крошки хлеба и доброжелательно улыбнувшись.

– Адам Холл. Рад знакомству. – Адам протянул руку. Пожатие вышло крепким. Бицепс Леттнера вздулся бугром.

– Да, сэр. Чем могу помочь?

Из глубины постройки доносилось клацанье металла – по-видимому, Рон орудовал гаечным ключом. Выждав мгновение, Адам произнес:

– Видите ли, я – адвокат и представляю интересы Сэма Кэйхолла.

Улыбка Леттнера сделалась шире, обнажились два ряда ровных, чуть желтоватых зубов.

– Неплохую ты подыскал себе работенку, сынок! – Он по-приятельски хлопнул Адама по плечу.

– Пожалуй. – Адам невольно отступил на шаг. – Хотелось бы поговорить о Сэме.

Уин посерьезнел и задумчиво потер подбородок. Глаза его сузились.

– Читал, читал. Значит, Сэм приходится тебе дедом? Что ж, держись, парень. Позавидовать тебе трудно. – Он вновь улыбнулся. – Хотя и Сэму тоже не сладко.

– Сэму осталось меньше месяца, – сдержанно заметил Адам, уверенный, что из газет Леттнер знал и об этом.

На его плечо легла тяжелая рука и подтолкнула к двери.

– Заходи, сынок, поговорим. Пива выпьешь?

– Нет, спасибо.

Они прошли в узкую комнату, со стен и потолка которой свешивались рыболовные снасти. Деревянные полки гнулись под тяжестью припасов: банок с сардинами, сосисками, бобами и ветчиной, хлеба и пачек печенья – всего необходимого для пикника на свежем воздухе. В углу стоял огромный холодильный шкаф, за стеклянной дверцей поблескивали горлышки бутылок с прохладительными напитками.

– Садись. – Леттнер указал в другой угол, занятый кассовым аппаратом.

Адам опустился на шаткий стул. Хозяин открыл шкаф, покопался в ящике со льдом и достал него жестяной бочонок пива.

– Ты уверен, что не будешь?

– Может, чуть позже. – Адам бросил взгляд на часы: почти пять вечера.

Вставив в бочонок кран, Леттнер наполнил высокий стакан и первым же глотком едва ли не осушил его. Затем он со вкусом облизнул губы, грузно осел на обтянутое потрескавшейся кожей сиденье, без сомнения служившее когда-то водителю грузовика.

– Так старину Сэма все-таки решили уложить в могилу?

– Во всяком случае, кое-кто очень хочет этого.

– Каковы шансы?

– Не в его пользу. У нас остаются еще некоторые возможности, но время идет.

– Сэма никак не назовешь отъявленным подонком. – Прозвучавшую во фразе ноту сочувствия Леттнер смыл добрым глотком пива.

От толчков ленивых волн дубовые брусья пола чуть поскрипывали.

– Долго вы проработали в Миссисипи? – спросил Адам.