Но вот он здесь.

Пока грузили в автозак, кто то неведомый шепнул на ухо: «Мужик, мне тебя жалко, но ничего ты не докажешь. Ты лучше во всём признавайся, иначе они тебя посадят в камеру к уголовникам, а те будут хором и бить, и насиловать».

Он не признался. И вот теперь – в камере с уголовниками.

– Ого, какого нам фраера привели! Ну заходи, не робей.

Генерал сделал шаг вперёд. Два сотрудника захлопнули за спиной дверь.

– Сейчас ты нам тут спляшешь и споёшь. Это обязательно для новеньких. Начинай! – нарочито громко приказал лысый арестант.

Другой заключённый подошел сзади и легонько толкнул: «Давай давай!»

Оперативник в глазок наблюдал за происходящим. Но в камере рядом стали стучать, он опустил «веко» глазка, сожалея, что не посмотрит песни пляски, и пошёл разбираться.

– Мужик, ты не бойся, тебя никто не тронет, – тихо сказал генералу лысый. – Конторские просили оперативников СИЗО, чтобы тебя прессанули. Мы на них не работаем, мы сами по себе. Но будем делать вид, что тебя тут мучаем, а то нас… на этап нехороший поставят. Комедию, короче, будем ломать, типа наезжать на тебя. Ты уж не подведи, всерьёз всё не воспринимай. Показывай, что типа боишься, в полном подчинении. И это… не вздумай того (жестом показал, как шею обматывают веревкой). Во первых, мы тебе не дадим. Во вторых, жизнь, мужик, она сложная, но всё по силам даётся. Всё по силам.

– Всё по силам, – автоматически повторил генерал.

* * *

– Как тут у вас генерал? – поинтересовался тот же белобрысый оперативник.

– Вон унитаз драит, старается. Всё хорошо у него, гражданин начальник. Скажи же, а, генерал?

– Так точно, гражданин уголовник! Несу службу! Жалоб на условия содержания не имею! – отрапортовал генерал.

Генерал вытянулся в стойку, грязную тряпку положил себе на голову и поднёс к ней руку.

– Ну всё в порядке, значит, – улыбнулся белобрысый и закрыл дверь камеры.

– Ты молодец, такую сцену сыграл! Мы не ожидали, – подсели к генералу на кровать уголовники. – Теперь он доложит, что тебя тут довели до скотского состояния. А ты вообще сильный мужик!

– Давайте за стол, по чифирю.2 Генералу место уступите нормальное. За тебя, мужик! Пусть у тебя всё наладится!

На следующий день в СИЗО пришли правозащитники, имя генерала было в списке тех, кого они собирались навестить. Белобрысый оперативник с недовольным видом сопровождал гостей в камеру.

– Здравствуйте, господа заключённые. Как у вас дела? – спросили правозащитники.

– Как в тюрьме! – избитой фразой ответили уголовники, с интересом разглядывая новые лица.

– Есть ли больные? Кому нужна помощь?

– Мы самые здоровые! Условия отличные!

– Не похоже что то… В камере сырость. А темно почему? Сколько лампочек не работает? А можно вас, да, вот вас, попросить выйти к нам из тёмного угла, – правозащитники показали на генерала. – Представьтесь, пожалуйста.

– Да он не может, наверное. Устал, парашу мыл зубной щёткой! – оскалился один из заключённых.

Генерал сделал несколько шагов и назвал своё имя.

– 159‐я статья, «первоход»? А у вас, господа арестанты, какие статьи и какой по счёту раз за решёткой?

– 105‐я, «убийство».