— Ах, — выдохнула Айа, — сумма была крайне небольшой, а учитывая соотношение мужчин и женщин на Астерии, устроить личную жизнь ни одной их мачех не удастся, ведь отец говорил о разводе — неслыханном происшествии, коего на планете не случалось много сотен лет. Жаль ли ей жен родителя? Да, определенно жаль.

— Вы хотите, чтобы мы засвидетельствовали ваш развод с одной из жен? — в который раз за день удивился жрец.

— Со всеми, уважаемый. Я хочу развестись со всеми своими девятью женами. Об этом и объявляю при свидетелях. Каждая из них получит свою долю в размере, определенном законом, — произнес Тамиль Като. Кто-то из женщин всхлипнул, но броситься к нему с мольбами не посмела ни одна.

— Вы уверены? — насторожился служитель культа. — Ведь это более, чем скромная сумма и прожить на нее женщине, привыкшей к роскоши, будет крайне затруднительно.

— Согласен. Сегодня я передал все дела рода своему сыну и наследнику, намереваясь отбыть с планеты и поселиться где-нибудь недалеко от дочери. Таперь Ван Като является главой рода Като и выносит все решения. Мы обсудили с ним возникшую проблему и пришли к следующему — мои бывшие жены, как представители рода Като, могут жить в поместье и пользоваться всеми благами, которые им были доступны прежде, — вздохи облегчения вырвались у женщин. — Я не договорил! Такое положение дел будет существовать до тех пор, пока кто-нибудь их них не осквернит необоснованным упреком меня или Айю, либо же не опозорит любым своим проступком род Като.

— Это разумно, — выдавил из себя потрясенный жрец и обратил взор на коллег. Двое мужчин в золотых тогах спешно закивали, опасаясь, что их тоже вовлекут в этот поистине странный для любого астерийца диалог. Где это видано отказываться от жены?

— Вы подтверждаете мой развод? — упорствовал теперь уже бывший советник.

— Подтверждаем и удостоверяем, — служители культа тоже выдохнули с облегчением и поспешили удалиться.

— Вы свободны, — произнес Като, обращаясь к бывшим женам, — распорядитесь свободой мудро. Надеюсь, до поместья вы доберетесь сами.

— Сказала бы я! — произнесла бывшая первая жена советника, когда вереница женщин потянулась к выходу, — да не буду! Условием связана! Ты всегда был слишком хитрым и слишком упертым, Тамиль, и тебе всегда чего-то не хватало. Даже та малышка — десятая жена, не принесла тебе успокоения. В любом случае, прощай! И отыщи, наконец, то, что всю жизнь не давало тебе покоя.

Советник Като ничего ей не ответил, лишь улыбнулся открыто и предвкушающе. Определенно, жизнь становится интереснее с каждым мгновением. Дай человеку надежду и откроется второе дыхание. А у него теперь были и надежда и желанная свобода.

— Надеюсь вы позволите покинуть планету с вами? — он вопросительно посмотрел на Селедкиных и Айю.

— А это как вясти сябя будяшь, милок! — Серафима Дормидонтовна потрясла початой бутылью и устремилась к выходу. Да, Тамиль Като наслаждался каждым моментом своей новой свободной жизни.

* * *

«Принцесса» чувствовала себя неуютно и как-то неуверенно. Она поняла, что перегнула палку, когда на ее радостное приветствие никто не ответил. Команда попросту на нее не реагировала. Даже две девчушки ксури молча заняли места, не проронив ни слова.

Баба Сима, наоборот, говорила и говорила. Она уселась в гостевое кресло рядом с внушительного вида астерийцем и о чем-то ему рассказывала. Эти двое пассажиров то и дело передавали друг другу бутыль с красной жидкостью, отпивали из нее и смеялись.

Жорик и Айа держались за руки, иногда перекидывались короткими репликами, но на кораблик не обращали никакого внимания.