— Не в таком уж и Темном, — усмехнулся легар. — Вы в курсе, для чего Шаендар перешел к темным. Сейчас, когда почти все разногласия между нами улажены, а лорд Кебрим погиб, ничто не мешает им вновь присоединиться к Коалиции.

— Да, вы правы, Белиготар, — канцлер расправил плечи. — Пусть твои пока отдохнут, я потом с ними поговорю. Картина мне ясна в общих чертах, можно приступать к разъяснениям.

Дед тихо попросил нас занять свои места в амфитеатре. Самым сложным оказалось увести с площадки бабушку.

— Тая! — окликнул ее шаендарец, как только мы с ним поравнялись. — Таечка!

— Эрниль… — прошептала смущенная и растерянная бабушка.

— Сколько же я искал тебя, но после конфликта Коалиции с Темным Кругом, ты словно растворилась! — лорд-префект попытался взять ее за руки, но Таисья Александровна их одернула.

— Не надо, Эрниль, — прошептала она. — Прошлого не вернешь.

И первая стала подниматься по проходу к нашим местам. Мужчина растерялся. Он посмотрел на нас с Дарином, потом на уходящую бабушку и готов был уже броситься за ней вдогонку.

— Не торопись! — остановил его муж. — Дай ей время.

— Но это же она! Она! Та девушка, о которой я тебе рассказывал, помнишь? — синие глаза лихорадочно блестели.

— Помню, конечно, помню. Ты мне тогда все уши прожужжал о своей загадочной незнакомке. Даже расу угадывали, а она землянкой оказалась, — ответил ему Дарин. — А там, где дело касается землян — жди сюрпризов, друг!

Глава 21

Постепенно все заняли свои места. Всегда надменного лорда-префекта великого Шаендара было немного жаль, только чуть-чуть — самую капельку. Я же помнила какой он настоящий. Хотя… Может он настоящий как раз сейчас? В эту самую минуту, когда непрестанно оборачивается в тщетной попытке поймать ответный взгляд бабушки Таи? Да! И родственницу свою такой видеть мне не приходилось. Таисья Александровна — строгий преподаватель, пример для учеников, всегда подтянутая, находчивая, разумная женщина, сейчас смущалась, как девчонка. Щеки полыхают румянцем, глаза опущены, руки… ах, руки все время находятся в движении, словно никак не могут найти себе места. То поправят прядь волос, то расправят невидимую складку на юбке. Но, главное — бабушка упорно делает вид, что встреча с кхм… дедом — ошибка и нам всем привиделась.

— Аль, что это с Таисьей Александровной? — шепчет Алейна, занявшая место легара. Она пока не привыкла называть бабушек бабушками, поэтому величала их, как принято на Земле — по имени и отчеству.

— Деда нашего встретила, — не стала лукавить я.

Понимаю, отношения шаендарца и бабушки Таи запутанные. Более того, родственница предпочла бы оставить все в тайне, но Алейна, как и наши родители, имеет право знать кто наш предок. Подумать только! Ко мне клеился мой родной дед! Умереть — не встать!

— Да? — искренне удивилась сестра. — И кто он?

Ответить я не успела. Вместо меня (и как только расслышала наш разговор, вроде же тихо общались) тайну раскрыла прабабушка Маша.

— Шаендарец, — усмехнулась она.

— Это который из трех? — потребовала объяснений Алейна.

— Тот который Тайку взглядом пожирает! — и прабабушка улыбнулась, да так, что я смутилась. Никогда не видела у нее такой улыбки — лукавой и порочной одновременно. — Ох, такому можно и рабство простить. А если в постели хорош окажется, то и гарем!

Мда… Нет, не так.