— Верник! — прошипел Стас настолько громко, что все оглянулись в нашу сторону. — Я говорил, что дружба с Фархундой плохо на тебя влияет?

— Не раз. Но ты просто предвзято к ней относишься.

— Нет! Стерва — это диагноз, Верник, заболевание, вирус, передающийся воздушно-капельным путем и ты, кажется, его подхватила. Он в тебе растет, размножается и матереет! — Ура! Язвительный субъект, сидящий рядом со мной, уже почти напоминал того Погодина, к которому я привыкла, но позволять ему подобные высказывания в свой адрес — не собиралась.

— За стерву может и в лоб прилететь, не взирая на половую принадлежность! — переиначила его же слова.

— Но я вроде мужчина… — озадачился Стас.

— Так я не про тот пол говорю, а про паркетную доску, Погодин, дубовую! — ну и… мило улыбнулась, чтоб окончательно взбесить его. Преуспела.

— Стервь! — прошипел он. Наверное, что-нибудь добавил бы, но тут из комнаты с медбоксами на стали выходить люди.

— Пелагея Джоновна, — обратился к ба доктор Париту, словно первый раз ее увидел сегодня, — нам нужно срочно поговорить.

— Разумеется, — ответил за нее Белиготар Сорг, обнимая бабушку за талию, — скажите, как чувствует себя солорка?

— Жизни девушки ничто не угрожает. Понимаете, легар, в леди тама Сану нет ничего от солоров, она скорее… нет, это просто невероятно!

— Ну же, не томите! — поторопила его Пелагея Джоновна. А мы все подскочили в ожидании ответа ксури.

— Леди Алейна скорее землянка, хотя в ее крови есть отличительные признаки и некоторых других рас, — признался он.

— Как такое может быть? — удивленно воскликнул Погодин и посмотрел почему-то на меня, — вы же ей кровь, синтезированную для Верник переливали? Да и внешне они похожи…

— Все верно, молодой человек. Кровь Верник подходит леди Алейне идеально, даже больше, чем кровь уважаемой фаэры Вельской. Я взял на себя смелось и провел экспертизу установления родства по аутосомным STR-маркерам.

— И? Что же вы выяснили? — бабушка отчего-то напряглась и глаза ее подозрительно заблестели.

— Как вы понимаете, за последние пятьсот лет генетика сделала грандиозный скачок вперед. Можно с большой долей вероятности установить и более дальнее родство, а уж настолько близкое… — маленький ксури растерянно оглядел всех присутствующих, — имею ли я право говорить при всех, фаэра Вельская?

— Говорите, — сдавленно прошептала ба, теснее прижимаясь к легару, слово ища у него защиту.

— Понимаете, только в вашем ДНК-коде обнаружена генетическая аномалия, которая передается всем потомкам. Она зафиксирована, изучена и помещена в общую генетическую базу. Вы и ваши прямые потомки — единственные носители этой аномалии.

— А это не опасно, доктор? — забеспокоился Белиготар Сорг.

— Ничуть, — улыбнулся ксури, — эта генетическая аномалия, скорее дар Богов, нежели проклятье, ведь благодаря ей происходит постоянное обновление клеток организма. То есть носитель этой аномалии априори живет дольше представителей своей расы, что мы и наблюдаем на примере фаэры Вельской. Что касается Алевтины Верник, тут все намного интереснее. Если прапрабабушка с огромной долей вероятности коренная землянка, то в праправнучке можно наряду с отличительными признаками землян наблюдать также эленмарские и… шаендарские корни.