— Гости пожаловали, — флегматично хмыкнул стражник, — Но, думаю…

— Не льсти себе, — оборвал его я, — Лучше не расслабляйся. Не известно, сколько люк ещё выдержит. Зараза, зря мы его не укрепили или вообще не заколотили к херам.

Потянулись минуты напряженного ожидания. Старая деревянная крышка содрогалась каждые несколько секунд, под тяжелыми ударами твари. Иногда, после очередного толчка, между досок начинала сыпаться оранжево-серая пыль. Изредка доносился треск постепенно поддающегося дерева.

Казалось, прошла вечность, прежде чем в коридоре второго этажа раздался топот тяжёлых, окованных сталью ботинок, позвякивание кольчуги, тихий шелест вынимаемых из ножен клинков, скрип взводимых арбалетов.

— Что у вас тут? — Бернард влетел в комнату с клинком наголо, — Всё, сам вижу. Гости. Ну, будем встречать. Освальд, возьми Терна, идите в коридор, берите щиты и фальшионы. Генри, мы с тобой на подстраховке. Я с самострелом, ты с магией. Роберт, сбегай за верёвкой, и попроси у Альрика железного чеснока. Он поймет о чём идёт речь. Потом растолкай Тура. Пусть соберёт инструмент, поищет какие-нибудь доски и разбутит тех, кто остался от его бригады.

— Так какой план? — поинтересовался я, не совсем ещё понимая, чего хочет добиться Бернард. Если он хочет просто заколотить люк, тогда неясно, на кой ляд ему сдалась верёвка и какой-то железный чеснок. Странное вообще название, хоть и смутно знакомое. Ладно, погляжу, может вспомню.

— Крайне простой, — ответил капитан, — Запустить этих уродов внутрь, выпустить им кишки и заколотить люк всем, чем можно, чтобы ни одна сука не могла больше в него пролезть. Так мы убьём сразу двух зайцев — сократим поголовье этих уродов и как-никак, но защитим наши тылы.

— Ага, а верёвка зачем?

— Чтобы выдернуть засов, — пояснил Бернард, — Или ты хочешь стоять прямо под люком, когда тот откроется и твари полезут вниз?

В такое близкое знакомство с этими чудищами я вступать как-то совсем не хотел. Не то, чтобы я был сильно привередлив, но всё-таки предпочитал наблюдать на себе не уродливых тварей, а красивых девушек, причём с куда более интересными и приятными намерениями, чем перегрызть горло. Дьявол, о чём я думаю. Только не говорите, что разрабы предусмотрели механику и этой кхм… необходимости. По крайней мере, для второстепенных неигровых персонажей, вроде меня. Если так, то они просто сраные изверги, и поговорка «всё хорошо в меру» явно не про них.

— Всё готово, — раздался голос Роберта над самым ухом. За своими размышлениями я даже не заметил, как бард успел к нам подойти. Или, быть может, он так тихо ходил? Хрен его знает.

Бард протянул капитану увесистый холщовый мешок и моток длинной пеньковой верёвки. Тот одобрительно кивнул, протянул мне мешок, а сам принялся привязывать конец импровизированного каната к ручке засова.

Под холщовой тряпкой чувствовалось что-то тяжелое и острое. Когда я попытался перехватить ношу поудобнее оно начало тихо позвякивать и попыталось проткнуть мне ладони прямо через ткань мешка.

— Чего стоишь, — Бернард закончил возиться с узлом и кивнул на мою опасную ношу, — Раскидывай по полу и сам постарайся не наступить, а то добрых две недели ходить не сможешь, — немножко подумал, и добавил, — Вообще-то такие вещи применяются против конницы, но думаю, если наши гости на них грохнуться или спрыгнут, им тоже мало не покажется.

Я запустил мешок и зацепил одну из железных «чесночин». Штуковина оказалась достаточно простой и в то же время достаточно замысловатой. По большому счёту это были просто четыре шипа, скованные вместе у основания.