— Тогда говорите оттуда. Кто такие, откуда прибыли и херли вам тут надо?

— Да из Деммерворта мы, — крикнул я, — Прибыли с караваном. Мы бы и дальше пошли, да тракт занесло снегом так, что лошади пройти не смогли.

— С караваном, говорите? С каких это пор в купцы и ярмарочники стали выглядеть, как головорезы?

— Он, похоже, и впрямь умом тронулся, — тихо прошептал Вернон, — Остался один на всю деревню, окруженный какими-то кровожадными тварями. Тут бы радоваться надо, что в окрестностях появились люди, способные дать отпор уродам, а он вместо хлеба и соли глотку дерёт так, что на той стороне хребта наверное слышно.

— Видимо мы не первые люди с оружием в этих краях, — хмыкнул я и снова повернулся к подвалу, — С таких, что мы не ярмарочники. Мы — наёмники. Наёмники, слышишь. Не грабители с большой дороге.

— Как по мне, это одно и то же. Упёрдывайте туда, откуда пришли и оставьте нас в покое. Иначе я вам столько стрел в гузно засажу, что вы до конца жизни сидеть не сможете.

Мда. Так мы ни до чего не договоримся. Но, кое-что всёж теперь ясно. В подвале он не один. Но остальные по какой-то причине предпочитают молчать. Зараза. По-хорошему нужно и впрямь их оставить на растерзание упырям. Вот только у него могут быть сведения. Очень ценные сведения, способные спасти немало жизней наших бойцов. Чтож, раз при помощи «дипломатии» не получилось, придётся импровизировать.

Я окинул комнату взглядом, пытаясь понять, чем можно защититься от стрел. Эх, сюда бы парочку хороших ростовых павез… Но их у нас нет. Зато есть тяжелый дубовый стол. Почти целый. Одному мне его не поднять, но вот если вдвоём…

— Вернон, хватай! — скомандовал я, берясь за одну из ножек стола, — Сейчас штурмовать будем.

— Ты с ума сошёл? — возмутился лекарь, — С этим? Да мы его не…

— Хватай, говорю!

Парень спорить не стал. Взялся за ножку стола с противоположного конца и попытался его приподнять. С первого раза вышло не очень. Столешница перевесилась вперёд, и упала, подняв тучи пыли и чуть не утянув нас за собой. Пришлось браться за самый её низ и буквально взваливать тяжеленную деревяшку на себя. Дальше дело пошло полегче. Мы доволокли её до спуска в погреб и начали неторопливо спускать вниз. И вот тут начались проблемы.

Лестница была узкой и крутой. Ступеньки опасно скрипели под тяжелыми сапогами, а столешница отчаянно вихляла, то и дело пытаясь вырваться у нас из рук.

— Ёбаный тыж хер, — донеслось из дальней стороны подвала, а следом послышался щелчок арбалета. Столешница дёрнулась. Болт прошиб её насквозь, но застрял в вязком дереве, уставившись своим калёным наконечником прямо мне в лицо. Хехе… Работает ведь та…

Хлипкая деревянная ступенька подломилась под тяжелым, окованным сталью ботинком. Нога провалилась в пустоту и потянула меня за собой. Я вцепился руками в столешницу, пытаясь удержать равновесие.