— Если ты про метель, то с моей точки зрения это вполне себе приятность, — хмыкнул Роберт, — Моим костям не помешает несколько дней погреться у камина после такой долгой дороги.

— Согласна с ним, — сонно добавила Айлин, поплотнее запахиваясь в одеяло из волчьих шкур.

— Ну, хоть с кем-то из нас ты согласна, — гоготнул Освальд, — А то я уж думал, мы в очередной раз будем выслушивать твоё ворчание и жалобы на… как ты там это говоришь. Неудобства.

— Пока мне удобно, — сквозь зубы процедила Айлин. В дороге неподготовленной девушке пришлось несладко, но скидок на это делать никто не собирался. Более того, её неприспособленность к местным реалиям стало отдельной темой для шуток у всего отряда, что очень сильно било по самолюбию девушки. Хотя она всё равно старалась держаться молодцом.

— Пока не приспичит погадить, — ухмыльнулся Тур, — А когда говно к гузну из-за холода прилипнет, станет совсем неудобно.

Здоровяк заржал и его поддержало несколько бойцов из рядов храмовников и стражи. Хотя в этот раз шутка вышла совсем не смешной. Банально потому, что похоже, такая ситуация станет суровой реальностью для всех нас, если морозы не отступят. А может потому, что шутка была про говно. В очередной раз. Когда часто шутят про одно и то же, это быстро приедается.

— Нехорошо мы с хозяевами поступили, — внезапно подал голос Освальд, — Надобно их было хотя-бы за околицей закопать, а не просто выкидывать в снег. Не по людски это, да и трупоедов всяких или иных голодных тварей привлечь может.

— Уже привлекло, — покачал головой Бернард, — Вслушайтесь.

Мы замолчали, вслушиваясь в завывания ветра в печной трубе, да едва слышные всхрапы лошадей, доносившиеся с улицы. Животные явно были чем-то встревожены.

— Я ничего не слышу, — покачал головой Вернон, — Только рёв бури и больше ничего.

— Зато я слышу, — прогудел Тур, — Волки пришли.

— Их пригнал голод, — покачал головой я, — До нас они не могут добраться. Боятся. Но вот свежий, воняющий на всю округу труп им очень даже по зубам.

— Вряд-ли они его учуяли, — возразил Бернард, — На таком ветру запах быстро улетучивается. Скорее всего, стая следовала за нами некоторое время в надежде поживиться хоть чем-нибудь. И они получили, что искали.

Мы вновь замолчали, вслушиваясь в тихую ругань Освальда и Дельрина — десятника ордена. Они резались в кости, причём рыцарь явно мухлевал, а стражник всё время пытался поймать его за руку, но служитель пылающего клинка раз за разом умудрялся выкручиваться и отбрёхиваться от его нападок. Выглядело это не особо праведно. Впрочем в отличии, от епископа Дельрин и не пытался строить из себя святошу, с большим удовольствием выпивая в кампании людей Бернарда и с ними же обсуждая кого из благородных особ прекрасного пола он бы схватил за титьки и загнул раком, будь у него такая возможность.

— Генри, — вновь нарушил молчание капитан, — Пока мы на отдыхе, не хочешь поупражняться в бою на мечах? Я хотел бы посмотреть на тебя в деле, да и мне не помешает размяться.

— Не против, — кивнул я. Встал на ноги и направился в дальний конец зала, где было довольно большое пустое пространство, по пути доставая кацбальгер.

— Не-не-не-не-не, — осадил меня Бернард, — Так дело не пойдет. Я не видел тебя в бою, не знаю, что ты можешь. В том числе, не знаю, сможешь ли остановить меч, прежде, чем нанесёшь мне ранение. Там в повозках есть нормальные тренировочные мечи. Сходи, принеси их лучше.

Поначалу я хотел пошутить, что Бернард струсил, но очень быстро передумал.