- Объясни еще раз, что произошло? - попросил он.

- Алик, мне сейчас не до объяснений. Дай мне побыть одной, - попросила она и отключила связь.

Настаивать было бесполезно, она только рассердится. Он еще смотрел на ее изображение какое-то время, пока она не показала кулак в экран. Он оставил Эл в покое, а сам не мог успокоиться.

Его позвал Делон, Алик вспомнил про обещанный полет. На время он забыл о своих страхах.

Был уже поздний вечер по местному расписанию, когда Эл осторожно постучалась в дверь каюты Дмитрия. Получив разрешение, она вошла. Димка сидел на краю капсулы по пояс голый. Без формы он не выглядел таким крепким. Он быстро накинул рубашку. Вид у него был усталый, и он не мог попасть в рукав. Эл помогла ему.

- Не стоит так смущаться, - пошутила она.

- Ну, вы леди, капитан. И почти замужем, - ответил он.

- Я хотела поговорить, как раз об этом. - Она села рядом. С ним она чувствовала себя уютно. Она даже хотела положить голову ему на плечо, но вспомнила, зачем пришла и передумала.

- Устал?

- Как собачка. Знаешь, как трудно жить маленьким собачкам? - Он часто задышал, изображая песика. Хотел, чтобы она улыбнулась.

Она действительно улыбнулась и вздохнула.

- Ты - волкодав, Димка. Крупноват для песика, - пошутила она.

Дмитрий зевнул. Эл подумала, что он собирался спать, и решила перейти к делу.

- У меня такое чувство, что ты….

- Не очень рад вашей свадьбе? - закончил он.

- Да. Давай поговорим.

- Алик меня опять в чем-то подозревает? Ревнивый у тебя жених.

- Я тоже не слепая, а чувствую я гораздо острее. Ты же знаешь. Может, признаешься, что происходит. Я пойму. Ко мне никто так не относится как ты. Ты для меня по-прежнему особенный человек. Я не хочу чтобы ты…. - Она стала подбирать слова, смутилась.

- Перестань. Тебе, сестренка, не понять высоких мужских чувств, - с пафосом сказал он, прищурился и наморщил нос, потом снова стал серьезным. - Я пробую представить наше будущее, хотя бы отпуск, и не могу. Это меня тревожит. Ваша свадьба тут ни при чем.

- Я хочу понять, что ты чувствуешь. Это мне нужно, - пояснила она. - Ты мечешься, а значит, не все в порядке.

- То, что я чувствую? Тут - другое. Хочешь понять? Я скажу. Я знаю, что ты его любишь. Он тебя тоже. Только любовь Алик понимает по-своему. Он пытается сравняться с тобой, словно соревнуется. Но мне кажется, он не верно представляет, какого именно человека он любит.

Она посмотрела на него. Их глаза встретились. Дмитрий смотрел упрямо. Глаз не отвел.

- Ты знаешь другую Эл? - спросила она.

- Я знаю нескольких, но не всех, - его голос стал глубоким, он продолжал уверенно. - Я вижу Эл, самую известную, которая старается быть человеком. Она живет среди других. Шутит, скрывает слезы, сражается и страдает, даже любит. Но это только маска. Так удобно, чтобы быть понятной. Я пытаюсь понять то, что скрывается за этим, и вижу что-то огромное. Я ощущаю тайну. Ты как древняя статуэтка, в какую сторону не поверни, отовсюду разный вид. Я не забыл Уэст, Эл. Никто не знает, на что ты способна, потому что видят только то, что могут уловить. Я не уверен, что прав, но я так чувствую. Я научился немного твоему искусству чувствовать. Я чувствую, как ты меняешься, когда летаешь. Там тебе не нужно играть роль. Ты - это ты. Резкая. Мощная. Жесткая. На разрыв. На смерть. Алик как будто не видит. Или делает вид. Алик любит маску, и он довольно эгоистичен в соей любви. Он будет страдать до тех пор, пока не попробует тебя разгадать, а еще хуже, если постарается сделать тебя приемлемо понятной. Мне его даже жаль.