Все удивленно повернулись к Чико, и тот подтвердил, что отдал плот Бомбасто.

— В жизни не слышал такой нелепости, — фыркнул Фишер. — Я отказываюсь подчиняться самозваному руководителю, которого никто не избирал.

Суматоха и Ниссе кивнули, соглашаясь с Фишером.

— Если каждому разрешить выбирать, будут избраны одни бездельники и льстецы, — сердито сказал Бомбасто. — Управлять должен лучший. Это всем на благо.

Фишер не остался в долгу:

— Красиво сказано. Но как узнать, кто лучший?

— В данном случае лучший тот, у кого больше опыта в руководстве другими людьми.

Не трудно было догадаться, что он подразумевает самого себя.

— У меня свое представление о том, кто здесь лучший, — едко заявил Фишер.

— У меня тоже, — чуть не в один голос сказали Суматоха и Ниссе.

Воцарилась тягостная тишина. Ее нарушил Бомбасто.

— Что же вы предлагаете взамен? — подозрительно спросил он.

— Обойтись без всяких главнокомандующих, — ответил Фишер. — До сих пор мы отлично обходились. Это совсем ни к чему. Достаточно время от времени устраивать совет. Каждый раз, когда надо что-то решать, проводим голосование и делаем, как постановит большинство.

Бомбасто боялся, что Фишер, опираясь на ребят, сам попытается стать начальником. Но получалось, что он избавлен от постыдной необходимости кому-то подчиняться. И, поразмыслив, генерал неохотно согласился:

— Ладно, пусть будет по-вашему. Но это никудышный порядок, вы в этом скоро убедитесь. Кто из вас слышал про корабль без капитана?

— У нас не обычный корабль, и никто не нанимался добровольно, — возразил Фишер. — Но не будем больше спорить, лучше отдохнем. В одном я согласен с генералом Бомбасто — пора разумно наладить жизнь на борту, так как впереди у нас долгое плавание. Что вы скажете насчет того, чтобы завтра утром, как только проснемся, устроить совет и всё как следует обсудить?

Все были согласны.

Когда Суматоха и Ниссе на следующее утро вышли из каюты, Фишер уже сидел на палубе и полным ходом писал что-то в своей записной книжке.

— Составляю повестку дня, — объяснил он. — Небось больше никто об этом не подумал.

Но это объяснение мало что сказало ребятам, а так как Фишер явно засел надолго, Суматоха сходил за подводным ружьем и маской и нырнул под плот за рыбой для завтрака.

Когда он наконец подстрелил рыбу и с помощью Ниссе втащил ее на плот, Бомбасто и Чико нетерпеливо ждали его.

Не дав даже ребятам обсохнуть как следует, Фишер открыл совещание такими торжественными словами:

— Итак, добро пожаловать на заседание нашего совета! Первый пункт повестки дня — выборы председателя. Прошу предлагать подходящую кандидатуру.

— Фишер, — сказал Суматоха.

— Бомбасто! — крикнул Чико, боясь, как бы не обошли его кумира.

Бомбасто с досадой замахал обеими руками:

— Я ничего не смыслю в этих демократических штучках и охотно отказываюсь от такой чести.

— Остается один кандидат, — удовлетворенно заключил Фишер. — Кто за предложенную кандидатуру?

Суматоха и Ниссе живо подняли руки, Бомбасто лишь пожал плечами. Фишер истолковал этот жест как согласие, и Чико тоже, судя по тому, что он поспешил поднять вверх руку.

— Фишер избран единогласно, — сказал Фишер и записал это в протокол. — Ниссе, дай, пожалуйста, полено.