Юрий Медведев. Капитан звездного океана
О тех, кто первыми ступили на неизведанные земли, О мужественных людях — революционерах, Кто в мир пришел, чтоб сделать его лучше. О тех, кто проторил пути в науке и искусстве. Кто с детства был настойчивым в стремленьях И беззаветно к цели шел своей.
Посвящаю учителю моему Ивану Антоновичу Ефремову.
ВБЛИЗИ БЕРЕГОВ ЖИЗНИ
МАГИСТР ВСЕХ СВОБОДНЫХ НАУК
Чтобы показать Земле, что жители ее недостойны присутствия и пребывания среди них столь замечательных душ, — небеса играют и изумляют людей чудесами, знамениями и всякого рода пророчествами, несогласными с обычными законами природы. Красной ручищей огладил бродячий фокусник бороду, потрепал за клюв сидящего у него на плече зело ученого ворона. Недвижно взирала на заходящее солнце птица. Фокусник заголосил: — Э-ге-ге-й!.. Летучее облако голубей взметнулось с церкви святого Бонифация, закружило над площадью. — Э-ге-ге-й!.. Старуха выглянула из рыбной лавки, Гертруда-одноглазая, прошепелявила: — Господь милосердный, ну и голосище-то, отродясь не слыхивала. Два отрока бежали от ратуши к фокусниковой повозке. — Э-ге-ге-й!.. Священной Римской империи благочестивые обыватели! Жители достославного града Вейля! Сбирайтесь на представление таинств и чудес! Лаврентий Клаускус, магистр всех свободных наук, великий маг, хиромант, астролог, кладезь пиромантии, гидромании, явит неодолимые метаморфозы плоти и духа! Изгнание беса из прокаженного! Разговор с иноземным вороном Батраччио! Битва пламени с камнем! Летающие цветы! Магистр всех свободных наук смолк. А вслед за тем — ну и чудо, чудо, чудо! — всю его тираду ворон-иноземец гортанным речитативом воспроизвел, повторил доподлинно. Вскорости бурлила вкруг фокусника толпа. Когда Иоганн Кеплер вместе с Мартином, другом неразлучным, пробился в первые ряды, кудесник пред очами изумленных горожан обратил три носовых платка в ковер, а ковер в курицу, снесшую тотчас дюжину яиц. Раз! — сложены яйца в корзину. Два! — корзина накрыта пестрой скатертью. Три! — скатерть сама взвивается над головой фокусника, а из корзины один за другим вываливаются желтые попискивающие цыплята, вываливаются и прыгают прямо в толпу. Вслед за тем появляется и бесследно исчезает живой лазоревый фазан; и снует в стеклянной банке стая разноцветных рыбок (фьюить! — и рыбки уже не рыбки, а ленты узорчатые); и плавают над толпой подснежники, легкие, как светлячки. Магистр раскланивается, пускает по кругу оловянную чашу. Глядь — а она медяками уже полна доверху. — Теперь предсказание грядущего по ходу светил! — кричит фокусник, ссыпая монеты в кожаный мешок. — По взаимному р-расположению планетных кр-ругов! — рокочет Батраччио, ворон зело ученый. Затаил дыхание народец, дивится на предсказателя, на ворона его говорящего. А Иоганн с Мартином ни живы ни мертвы стоят — чудо, чудо, чудо! Ссыпал денежки в мешок кожаный, огляделся окрест магистр Клаускус, вопрошает: — Ну, судьбу нагадать кому? Старикам — про блаженство вечное, молодым — про тайны сердечные. Хочешь знать, что ждет впереди? Не робей, скорей подходи! Первым, себя не помня, вызвался Иоганн Кеплер. — Мне нагадайте, господин магистр. Мне судьбу и Мартину судьбу. Сказал как по наитию и сам испугался сказанного. А уж оттесняет, оттесняет их от повозки рыжий верзила Якоб, сторож с виноградников, сам небось норовит испытать судьбу. |
