Подул ветер, и дым, который окутывал две человеческие фигуры, появившиеся на крыльце, рассеялся. Кончини остолбенел. Он не верил собственным глазам. Капестан! Но ведь люди маршала схватили этого юнца, связали и увезли в Лувр! А может, это сам дьявол в обличии шевалье?!

– Вперед! Убить его! – взревел Кончини.

Он совершенно забыл, что король приказал взять Капестана живым. Забыл, что, если удастся захватить шевалье в плен, с него, Кончини, будут сняты все подозрения. Но что маршалу д'Анкру король со своими подозрениями?! Что ему Леонора, заговоры и интриги?! Все это больше не интересовало Кончино Кончини. В целом мире для него существовала только Жизель. Она здесь, на этом крыльце. Сейчас она окажется у него в руках, и он будет счастлив! А для того, чтобы эта дивная мечта стала реальностью, надо только убить Капестана! Ведь шевалье – один, а их двадцать человек. Кончини выхватил свою шпагу и устремился вперед. Его головорезы с гиканьем и воплями последовали за ним.

Шевалье уже начал было спускаться с крыльца, теперь он снова поднялся и обнажил шпагу. Нежно отстранив Жизель, бледный, окровавленный юноша приготовился к бою.

– Сейчас мы попытаемся пробраться через первый этаж, – полуобернувшись, сказал Капестан девушке. – Второй этаж все еще горит.

– Да, – ответила Жизель.

– Идите вперед, мадемуазель, – проговорил шевалье, – вы будете указывать мне дорогу.

– Да, – повторила девушка.

Один из бандитов был уже рядом с Капестаном. Одним ударом шевалье сломал его шпагу, другим проткнул его насквозь.

– Вы здесь, мадемуазель? – крикнул молодой человек.

– Да, – промолвила Жизель.

Она вошла в дом. Наверху было настоящее пекло. Все – в огне и в дыму, все рушится… Капестана атаковали бандиты. Он нанес еще три удара, и три тела остались лежать на земле. Шевалье вбежал в особняк – негодяи ринулись следом.

Жизель храбро шагала вперед. Она уже миновала две комнаты. Где-то рядом был Капестан, поэтому девушка ничего не боялась. Иногда она останавливалась, чтобы окликнуть шевалье, и тот понимал, в каком направлении нужно двигаться. И он пробирался вперед – то обходя кучу головешек, то быстро уворачиваясь от валившихся кусков горящей стены.

И при этом Капестану приходилось непрерывно сражаться с преследовавшими его бандитами.

– Убейте его! Убейте его! – доносился до юноши голос Кончини.

Тем временем пожар спускался вниз. Еще минута, и огонь перекинется на первый этаж.

– Сюда! – прозвучал голос Жизели.

Шевалье нанес еще один удар и отпрыгнул к двери. В тот же миг потолок в комнате, которую он только что покинул, обвалился. Кончини и его люди едва успели отскочить назад. Пылавшие балки отрезали их от беглецов, и бандитам пришлось вернуться в парк. Все они были вне себя от ярости и ужаса. Маршал д'Анкр сел на ступеньку крыльца, схватился за голову и зарыдал.

Итак, Капестан в последний момент выскочил из-под падавших сверху обломков. Очутившись рядом с девушкой, он взял ее на руки. Свою шпагу шевалье бросил. Весь сияя от счастья, он двинулся вперед. Пожар разгорался все сильнее. Проход становился все уже. Волосы Капестана обгорели, но он не замечал этого. Вокруг молодых людей бушевало пламя. Шевалье снял с себя плащ и закутал в него Жизель.

Весь оборванный, перепачканный, истекающий кровью, Капестан вышел на улицу. Толпа ахнула. Мужчины сняли шляпы, женщины принялись радостно обниматься. Николетта упала в обморок.

А Капестан ничего не замечал. Он видел только карету и стремительно шагал к ней. Подойдя к экипажу, шевалье бережно усадил Жизель на мягкие подушки. Кучер взялся за вожжи; он должен был везти герцога Ангулемского.