— Вряд ли. Я никогда не заводил романтических связей с молодыми леди вашего положения. В моем кругу это как-то не принято, Виктория. По крайней мере так не поступают мужчины, считающие себя истинными джентльменами. Как видите, вы ставите меня в неловкое положение.

Она тяжело вздохнула:

— Тетя Клео предупреждала меня, что я рискую не только своей репутацией, но и вашей.

— В самом деле? — Лукас не удивился, что леди Неттлшип кое о чем уже догадывается. Хотел бы он только знать, как тетя Клео оценивает ситуацию. — Леди Неттлшип очень проницательна. Разумеется, она не допустит, чтобы ставили вашу репутацию на карту.

— Или вашу? Лукас, я вполне осознаю, что все не так просто и есть определенный риск. Я не настолько наивна, чтобы не понимать этого.

— Я рад, что вы настолько разумны, Виктория.

Она прикусила губу и взглянула на него:

— Должно быть, с моей стороны нечестно просить вас об одолжении.

— Как вы уже заметили, нельзя отрицать, что существует определенный риск.

Она вздохнула:

— Вы совершенно правы. Я не могу рисковать вашей репутацией, как и своей собственной. Наверное, мы должны просто забыть о наших планах.

— Я предложил вам вполне разумный выбор, — осторожно напомнил он.

Виктория похлопала его по руке, словно приласкала расшалившегося щенка.

— Я уже сказала, очень мило, что вы предлагаете мне выйти за вас замуж, Лукас. Но боюсь, единственный выход для меня — подождать еще несколько лет, пока я окончательно не превращусь в старую деву. Тогда, наверное, никто не обратит внимания, если я последую примеру леди Рикотт. Простите, Лукас. Я не должна была даже начинать этот разговор.

Его охватил ужас. Он понял, что Виктория готова уже отступиться от своего замысла. Более того, она по-прежнему предпочитает оставаться старой девой, только бы не выходить замуж. Если он позволит ей сейчас уйти, он никогда уже не овладеет ею. Хуже того, она вполне может отыскать другого мужчину, который не станет так дорожить ее честью.

Лукас с нарочитой небрежностью взял ее за подбородок:

— Виктория, если вы в самом деле предпочитаете именно роман, позвольте мне все же и в этом приключении быть вашим спутником.

Она мгновенно просияла, и в ее глазах и улыбке промелькнуло что-то подозрительно похожее на женское торжество.

— Ради научного эксперимента, да, милорд?

Лукас услышал внутри сигнал тревоги, но было уже поздно. Он всмотрелся в радостное лицо Виктории, и ему показалось, что она вновь перехитрила его.

— Я всегда был убежденным сторонником научных экспериментов, — мрачно пробормотал он.

— Ах, Лукас, как мне вас благодарить? — Она обвила руками его шею и прижалась к нему. — Ты всегда так добр ко мне.

Беззвучно проклиная все на свете, Лукас отдался ее порыву. Он начал уже догадываться, что ему будет трудно отказать Виктории в самой невероятной ее прихоти. В будущем ему придется помнить об этой своей слабости и держаться настороже.

Лукас нехотя снял руки Виктории и ласково поцеловал ее в кончик носа:

— Значит, все улажено. А теперь, радость моя, тебе лучше вернуться в дом. Кажется, я слышу, как подъезжает карета.

— Боже, йаверное, вернулась тетя Клео. Пора идти. — Она быстро повернулась, и подол накидки взметнулся над ее насквозь промокшими туфельками. На миг она оглянулась через плечо, озабоченно нахмурившись:

— Будь осторожнее, когда перелезаешь через стену, Лукас. Меня очень беспокоят твои прыжки с высоты. Для твоей ноги это очень вредно.

— Вынужден с тобой согласиться. — Проклятая нога болела уже после первого прыжка.