– Я заметила. Ты как, в порядке? Может, коньяку в кофе добавить?

Кики через силу засмеялась.

– Жанн, этот твой фирменный способ снять стресс когда-нибудь доведет тебя до алкоголизма.

– Очень смешно, – обиделась Жанна. – Тогда я не буду тебе ничего рассказывать!

– Да ладно тебе, не глупи, – попросила Кики.

Жанна устроилась поудобнее, обхватила ладонями чашку и принялась со смаком, в подробностях рассказывать, как она общалась с Раменским. Кики слушала, не особенно вникая в смысл слов, и разглядывала подругу. Рост у нее почти такой же, как у самой Кики. Правда, Жанна чуть плотнее, в ней как минимум пяток лишних килограммов… Но под зимним пальто практически ничего не заметно, и кудрявый рыжий парик сидел бы на ней идеально, а уж то, как Кики говорит и ходит, Жанна за много лет изучила практически досконально.

Тем более не требовалось изображать Кики в мельчайших подробностях. Соседи в доме почти не знакомы друг с другом, если и перекинутся парой-тройкой слов – хорошо… Так что было достаточно высокой рыжеволосой девушки с чемоданом в руке, чтобы убедить возможных свидетелей: Кики вошла в дом за пятнадцать минут до убийства!..

– Где ты опять витаешь? – обеспокоенно спросила Жанна. – Кики, в чем дело? Ты слушаешь?

– Прости, я очень устала.

– Я лишь хотела тебя развлечь. Не думала, что моя болтовня тебя утомит.

Жанна казалась расстроенной, и у Кики кольнуло сердце. Подруга так искренне беспокоилась, а у нее хватало совести подозревать ее бог знает в чем!

– Меня утомило вчерашнее ЧП, а вовсе не ты, – произнесла она. В горле застрял комок, и Кики усилием воли загнала внутрь закипавшие было на глазах слезы.

– Так, тебе не помешала бы валерьяночка, – заметила подруга. – Наткнуться на труп – кто угодно бы вышел из колеи! Ты посиди, а я пока принесу аптечку.

Искать валерьянку пришлось долго – аптечка запропастилась неведомо куда. В конце концов Кики присоединилась к Жанне, и в ходе поисков они наткнулись на Мышкина, который сонно потягивался в кресле.

– А ведь я ему принесла поесть! – вспомнила Кики. – Ладно, наплюй на валерьянку, а то ведь кота потом не успокоишь! Мышкин, топай сюда, будем обедать!

– Да он сытый, – возразила Жанна.

– Ничего, пусть поест, вон какой худой!

– Слушай, а ты слышала хоть слово из того, что я рассказывала? – спохватилась Жанна.

– Не уверена. Я задумалась… – Кики снова вернулась мыслями к своему двойнику и помрачнела.

– Так вот, слушай! Меня этот майор – Раменский – пытал насчет того, во сколько я тебя видела первый раз. Я ему сначала все честно рассказала, а потом…

– Стоп, что значит – видела меня первый раз?

– Ну ты же ко мне прибежала вечером, вся белая, грохнулась в обморок… Но я до этого видела тебя в окошко…

– Когда?! – спросила Кики голосом, не предвещающим ничего хорошего.

– Часа за три до этого… Ты шла по дорожке к дому. Я как раз курила на балконе и тебя увидела.

– Ты уверена, что это была я?

– Ну а кто?! Конечно, ты, разве я тебя с кем-нибудь перепутаю?

– И ты сказала Раменскому, что видела меня? – уточнила Кики.

– Да. Я уже потом догадалась, что не стоило этого говорить, но было уже поздно! Этот тюфяк так странно на меня посмотрел, а потом принялся болтать что-то про время убийства… Кики, ты что-нибудь понимаешь?

О да, она уже начинала понимать, и догадка, такая простая и в то же время страшная, уже брезжила совсем близко, на краешке сознания…

– Кики?

– А ты, случайно, не знаешь, кто из соседок говорил со мной на лестнице?

Жанна посмотрела на нее как на помешанную, с ужасом в глазах.