Изменить размер шрифта - +
Увидев их реакцию, я сразу понял, чем это вызвано и что мне надо сделать. Изобразив зверскую гримасу, я громко зашипел: - Кр-рови-и хочу-у-у!

Это стало последней каплей для ошеломленных и испуганных молодых бандитов, видимо больших любителей фильмов ужасов. Дикий страх переклинил мозги, заставив их развернуться, и бросится бежать со всех ног. Такая реакция рассмешила меня, убрав раздражение, но усталость и желание спать, никуда не делись. Развернувшись, я побрел в сторону производственной зоны, придя к мысли переночевать на каком-нибудь складе, заодно поглядывая по сторонам, ища место, где можно надежно спрятать пистолет. Вскоре пошли проволочные заборы, за которыми находились темные приземистые помещения - склады, вот только не сторожей, ни собак при первом приближении не наблюдалось. Здесь тоже горели фонари, но их было мало, да и по большей части они освещали подъездные пути и ворота складских территорий. По дороге наткнувшись на мусорные контейнеры, я решил избавиться от пистолета. Найдя среди мусора тряпки, сначала тщательно вытер оружие, потом завернув его в наиболее чистую ветошь, засунул в щель между стеной и мусорным ящиком, после чего пошел дальше, выглядывая место, где можно перелезть. Вдруг я неожиданно почувствовал на себе чужой взгляд.

- Ты чего тут, парень, шляешься? - раздался мужской голос и в следующую секунду меня осветил луч фонарика из-за забора. Охранник стоял по ту сторону ограды. Фонарик ослепил меня, поэтому я отвернулся, но охранник успел заметить мою разбитую голову и не замедлил спросить: - Кто тебя так отделал, паренек?

На подобный вопрос у меня уже был готовый ответ, который я придумал пока шел: - Отец. Пришел сильно пьяный. Ну и...

Договаривать я не стал, сделав многозначительную паузу. Пусть додумывает сам.

- Знакомо. Что думаешь делать дальше?

- Домой не вернусь, - буркнул я, отыгрывая озлобленность подростка.

- Погоди! А мать?

- Нет у меня матери. Умерла, - я поник головой, изображая грусть.

- Угу,- охранник явно о чем-то задумался.

- Можно у вас умыться?

- Умыться-то можно, - протянул мужчина задумчиво, с сомнением в голосе, - вот только не положено чужих на территорию пускать.

- Тогда я пойду.

- Погоди.

Спустя полчаса, после того как привел себя в порядок, я сидел за столом в будке охранника и с жадностью ел бутерброд. Сторож оказался пожилым мужчиной с грубо вылепленным лицом, седыми висками и приличной лысиной. Начав меня расспрашивать, он наткнулся на мои односложные ответы, но не обиделся, а вместо этого переключился на себя. Причем делал это с большим удовольствием, так как был слегка пьян, но на этот счет у него была веская причина. Ему сегодня исполнилось шестьдесят лет. Я вежливо поздравил его, что ему очень понравилось. Ему просто нужен был собеседник, а тут, как раз, я подвернулся. Умывание в прохладной воде меня немного взбодрило, только поэтому я выдержал его довольно пространную речь о тяжелой жизни честного человека. Узнал, что его зовут Джимми Бармет, что два года назад умерла его жена, а единственная дочь, жившая с мужем и двумя детьми в Аризоне, даже не приехала на ее похороны. Помимо подробностей жизни Бармета я теперь знал, что нахожусь в Америке, в 1949 году. В городе Лос-Анджелес. Несмотря на интересную информацию, усталость взяла свое. Сторож, стоило ему это заметить, с трогательной заботой предложил мне свой топчан. Я заснул, чуть ли не раньше, чем моя голова коснулась подушки. На улице было уже светло, когда Бармет разбудил меня. Не выспавшийся, я с трудом заставил себя встать и плеснуть холодной воды в лицо.

- Сейчас народ начнет собираться, парень. Нельзя чтобы тебя здесь увидели, - отчаянно зевая, я согласно кивнул головой. - Держи пятьдесят центов и кепку.

Я сначала удивленно посмотрел на него, потом перевел взгляд на старенькую кепку, которую тот протянул мне. Впрочем, мое удивление длилось недолго, так как та оказалась на размер больше и почти съехала мне на уши, при этом закрыв рану на голове.

Быстрый переход