|
И еще более внезапное – недоверие к королю. Выходит, Дей все таки не беспокоился о нем, Тайераре? Он беспокоился, чтобы Тай со своей неугомонной тогда ненавистью не разрушил что нибудь важное. Проще говоря, Диармайд хотел, чтобы Тай путался под ногами какое то время. А заодно и, выходит, пошпионил.
Данан была права.
Диармайд наблюдал за сомнениями Тайерара и невольно качал головой – то утвердительно, то отрицательно.
– Что то не так, государь? – спросил Тай. Диармайд откинул голову назад и резюмировал:
– Два месяца.
Тай ничего не понял.
– Что – два месяца?
– Ты провел в Калагорне два месяца или около того. А в обществе Данан – и того меньше. И глянь.
Тайерар не понял, куда ему нужно глядеть. Потому поглядел на короля. Тот провел пятерней по светлым волосам и глубоко вздохнул.
– Я продержался против нее примерно столько же. Через два месяца после смерти Редгара я делал то, что она хотела.
Тай поджал в раздражении губы:
– Я не делаю то, что говорит леди командор. Ну или, – исправился он тут же, чтобы приблизить ответ к истине, – я делаю то, что считаю правильным. Просто иногда наши взгляды совпадают.
Диармайд откинулся назад и захохотал в голос. «Ничего смешного» – букой подумал Тай.
– П… прости, – успокоился король. – Я хочу сказать, присмотрись к ней. У Данан всего два сильных таланта, и это вовсе не магия или Пустота исчадий в крови. Первый из них – интуиция. Ты, наверное, уже успел заметить, что иногда она принимает дурацкие решения. А потом вдруг оказывается, что так было лучше всего. Это никогда не поддавалось объяснению, так что, возможно, это и магия, – поразмышляв, согласился Диармайд.
– А в чем второй? – За посаженным голосом капитана слышался тщательно приглушенный интерес.
– В том, что она умеет заставлять людей делать то, что ей надо. Через месяц, два или три, но ты ловишь себя на мысли, что как бы с ней ни спорил, получается, как она хочет.
– Думаю, это зависит от того, кого она пытается заставить.
– А она не пытается, – поделился откровением король. – И, если подумать, даже не заставляет. В прямом смысле, по крайней мере. Просто в какой то момент ты понимаешь, что да, лучше сделать, как она говорит. Я вот однажды ее не послушал, и она до сих пор смотрит на меня с ненавистью.
– О чем именно вы говорите?
– Об ее назначении. Данан уверена, я отдал ей орден, только чтобы досадить. Однако я просто не знал, кому еще доверить Калагорн. А потом понял, что не ошибся с выбором.
– Когда именно «потом», государь?
– Когда осознал себя сидящим здесь, во главе совета. – Диармайд огляделся вокруг, словно указывая, о каком именно «здесь» идет речь.
Тай выглядел недоумевающим, и тогда Диармайд раскинул руки, словно охватывая весь кабинет.
– Думаешь, я хотел тогда быть королем? – Он хмыкнул. – Я хотел вернуться в Калагорн и дожить там до старости, охраняя покой Редгара Тысячи Битв, как святыню! Но чтобы победить Пагубу, ситуация требовала лояльного к Смотрителям короля. И вот я здесь.
– Вы так открыто говорите об этом, – Тай насупился. Может, это тоже какой то дворцовый способ выведать что нибудь нужное? Например, король хочет, чтобы сейчас, противореча достоинствам командора, он, Тай, облаял ее с головы до ног и этим дал какое нибудь оружие против себя. Или против Данан. Ох, дворцовые игры явно не про него!
Диармайд сел так, чтобы немного склониться над столешницей. Почесал заросший щетиной подбородок.
– А что мне от тебя скрывать? Или мне не следует доверять тебе, Тай? – король сузил глаза. – Ты ведь был моим старшим товарищем в Стражах Вечного. |