|
* * *
Женщина душераздирающе зевнула, обдумывая ситуацию. Похоже, Тай с самого начала пришел, чтобы что то обсудить, но внял ее слабости и решил повременить. Ну, почему нет?
– Да, конечно, – не обернувшись, согласилась Данан и добавила: – Я предоставлю шанс, вы поймете.
Рендел и Стенн ощипали и разделали птицу, Данан кое как подожгла небольшой костер. День постепенно склонялся к закату. Прислушавшись к себе и поразмыслив над состоянием Анси, чародейка пришла к мысли, что сегодня нет смысла продолжать путь. Лучше, как следует набраться сил: если завтра они окажутся у Тальвады, стоит быть готовыми к любому повороту событий.
Запах жареной дичи распространился по опушке. У путников нестройным хором заныли желудки. Схватка оказалась довольно короткой, но маги знатно вымотались, да и Стенн с Тайераром выложились, не скромничая. Закончив с едой стали укладываться на ночлег. Анси, несмотря на действие целебных чар, ворочался, постанывая сквозь сжатые от боли челюсти. Данан приблизилась и наложила заклятие Усыпления. Надо, чтобы и он пришел в норму к утру.
С дозором без Аэтель пришлось решать по старинке. Правда, Данан пообещала бдеть первой, а затем повесить купол Страха.
– Я говорил, да, что обожаю эту штуку? – заметил Стенн. – Всегда живо представляю, как кто то подкрадывается по ту сторону, а потом улепетывает в мокрых штанах.
– Настолько страшно? – заинтересовался Рангзиб. Хольфстенн самодовольно оскалился, будто он был тем, кто тут орудовал всякими куполами.
– Сам проверь. Не хочешь сегодня остаться снаружи, кстати?
Рангзиб фыркнул.
– Я рад остаться уже где угодно, где есть пристойная кровать, – проворчал маг.
– Командор, вам тоже нужен отдых, – заявил Рендел. – Я тут самый бодрый, могу…
– Разбужу, – пообещала Данан. Рендел кивнул. Вернулся к костру и занял себя тем, что принялся помогать раненному другу – протер арбалет, начистил болты, проверил наконечники на остроту.
Данан сказала, что отойдет ненадолго, глянув при этом в глаза Тайерару. Хольфстенн смекнул сразу:
– О нет нет нет, Данан! Пожалуйста, я это уже увидел! И даже могу напомнить где!
Женщина усмехнулась, ничего не ответив. Стенн будто бы притих, но когда и Тайерар углубился в ту же сторону, голос гнома нагнал:
– Данан, ну хватит! Я на твоем фоне чувствую себя евнухом!
– Твоя беда, – беззлобно буркнула чародейка, зная, что гном не услышит.
Она отошла недалеко, и Таю не пришлось шастать по округе. Чародейка стояла прямо. Еда и небольшой привал придали ей сил.
– Слушаю, капитан.
– Кгхм, – кашлянул мужчина. – Не буду тянуть. В «Смелом смертнике» я взял на себя… эм… смелость и прочитал письмо, адресованное вам командором Тальвадой.
– И? – по лицу женщины оказалось невозможно прочитать отношение к известию. Тай на мгновение утратил твердость: она злится? Недовольна? Или ей в самом деле все равно?
«Кто б знал, – подумал капитан. – Но она точно ждет ответа»
– У меня возник справедливый вопрос, командор. С чем именно мы должны помочь Тальваде и почему?
Данан смерила мужчину взглядом, в котором читалась некая недосказанность.
– Хотите спросить, делаю ли я это, руководствуясь больше личными причинами, чем делами ордена?
– Да.
– Да. – Даже мгновения паузы не случилось между согласием Тайерара и ее. От прямоты и напора чародейки Тай на мгновение растерялся.
– Она… – Тайерар нащупал нужное русло, подбирая вопрос. Было бы странно пресечь беседу прямо на этом, верно? – Так много значит для вас?
– Имя Тальвады Тилелейт значит много для всех командоров Аэриды. |