Наемник кивнул и заметил:

– Чтобы слиться с остальными, потребуется одежда как у них. Отличительные символы или что то такое, что носят Смотрители Пустоты. Это займет время.

Фирин мотнул головой:

– Не важно. Пока возьми парочку способных головорезов, скажи им, что требуется, и дай каждому по порции яда. Когда их поймают, они не должны выдать ни тебя, ни меня.

Наемник снова ответил кивком: он сделает, как сказал хозяин. По повелительному жесту Фирина мужчина произнес слова прощания и покинул форт, оставив мага в одиночестве бродить по пустой сырой зале.

Эльф хмурился, стараясь учесть все, что ему еще предстоит сделать. Собрать Аль Ладрис из трех других артефактов – лишь часть долгого пути. Он, Фирин, потратил на него не одну сотню лет. Помимо воссозданного древнего посоха ему потребуется еще несколько вещей. Самые важные – насыщенное душами недостойных средоточие жизни и магический выброс. Если средоточие жизни эльф уже подготовил, то со взрывом колдовства все не так просто. Он должен быть чудовищным и одномоментным – таким, чтобы, используя его высвобожденную мощь, Фирин сумел соорудить особенно прочный портал за Разлом. Только сквозь подобный проход в этот мир сможет пройти воистину сильнейший из духов на той стороне.

Ее дух. Той, что заслужила жить и радоваться больше, чем вся Аэрида вместе взятая.

Утомленный, Фирин присел на полуразрушенное высокое кресло. Прежде оно точно использовалось, как трон или вроде того, но сейчас представляло из себя холодный неровный камень, и сидеть на нем не доставляло удовольствия. Однако ходить эльф устал. Последние месяцы он хуже и меньше спал, стараясь подчиняющими чарами посоха дотянуться до самого Ирэтвендиля. Не близкий путь, надо сказать, даже для магии.

Выброс большой силы, – подумал Фирин, прикрыв глаза. Сейчас это занимало все его мысли.

По настоящему большой. Вроде того, какой случился шесть лет назад в день падения архонта. Увы. Тогда Фирин находился в самом эпицентре событий, принимал в них живое участие, и к концу битвы оказался изможден до такой степени, что с трудом унес ноги с ристалища. Куда уж там – использовать буквально витавшее в воздухе чародейское могущество, чтобы создать портал?

После того случая Фирин пробовал дважды соорудить проход подходящего размера и свойства. Но оба раза не подбирался даже близко. Душа, которую эльф надеялся вытащить из за Разлома когда то принимала участие в его создании. Здоровенный ломоть чистой магии, она повергла Первого из восставших Темных архонтов практически без посторонней помощи…

Откинув голову назад, Фирин вздохнул. Сила волшебницы Эгнир была чудовищно велика. Пытаться протянуть такую душу сквозь обычные порталы или дыры в Разломе – все равно что пытаться пропихнуть быка сквозь игольное ушко. Ему нужен особый выброс. Особый всплеск. Например, от уничтожения какой нибудь реликвии прошлого. Вроде посоха Аль Ладрис, только что нибудь еще. Потому что сам посох слишком важен в предстоящем ритуале.

Легендарных реликвий прошлого – по пальцам обеих рук. Чтобы найти хоть одну может целой жизни не хватить. Особенно если не знаешь, где искать. Но именно в этом вопросе Фирин себе доверял: среди тысяч других артефактов он ведь сумел найти Длань Безликого? Он сумел отыскать и Надежду Пророка – непримечательное металлическое кольцо, в которое крепится камень, составляющий навершие Аль Ладрис. Он даже нашел этот камень – Капкан Хранителя! Осталось только забрать!

Так неужели Фирин не найдет что нибудь еще? Что нибудь, что он, как артефактор, сможет уничтожить и высвободить запечатанную в предмете магию.

Эльф распрямился на каменном восседалище. Все он сможет. Обязан смочь. И при том не затягивая! Благо, у него уже есть фаворит для поисков – Фиал Бурь, покоритель морей. Если он все же не сыщется, придется отправить наемников искать Медаль Крови.