Может, и Будда придет туда. Может, он объяснит мне, что причиной всех моих несчастий является наша неудовлетворенность.

Наверное, так оно и есть. И я остался в гостинице.

Глава 33

Я заставил себя выйти позавтракать. Обед пропустил, и даже не помню, выползал ли на ленч. Вроде бы нет, значит, обошелся без ленча.

«Скажите нет голоду, гневу, одиночеству, усталости». Это стандартный совет начинающим, и он применим всегда, независимо от того, как долго вы сумели продержаться без алкоголя. Если проигнорировать его, мысль и воля начнут работать против вас. Оглянуться не успеете, как окажетесь со стаканом в руке.

Все это я испытал прошлой ночью. Был голоден и сердит, чувствовал себя одиноким и усталым, но как-то умудрился пережить ночь вопреки себе. Я заказал яичницу с беконом и тостами, картофель фри. Стоило сделать первый глоток, как аппетит вернулся, и я съел все, подчистил тарелку кусочком бекона, а потом выпил три чашки кофе. Кто-то прочел и оставил на столике «Дейли ньюс», и я внимательно прочел обе газеты, выискивая в них сообщения о насильственной смерти. Их было полным-полно. Их всегда очень много, но на этот раз, видимо, ради разнообразия, имена жертв были мне незнакомы.

Вернувшись в номер, я взялся за телефон и сделал несколько звонков. Позвонил в «Дукаш и сын». Подошел хозяин лавки, я сразу узнал его голос. Но на всякий случай спросил:

— Мистер Дукаш?

— Да?

Я тут же повесил трубку и набрал рабочий номер Кросби Харта. Он сам поднял трубку.

— Хэл Харт.

— Ошибся номером, — сказал я и отключился.

На третий раз я позвонил Скутеру Уильямсу. Телефон звонил и звонил, и я подумал: «Не лучше ли просто добежать до Лудлоу-стрит?» Но вот, наконец, он все же взял трубку. И ответил запыхавшимся голосом. Что-то заставило меня спросить, как его самочувствие.

— Все нормально, в порядке, — ответил он. — Только что вышел из душа, едва успел подбежать к телефону. Э-э, а кто это?

Я представился.

— Мэтью Скаддер, Мэтью Скаддер… — протянул он. — А, ну да, конечно! Друг Джека.

— Правильно. — Я решил, что это близко к истине.

— Да, помню, помню. Как-то раз собирался позвонить вам.

— Неужели?

— Теперь уже не знаю, зачем и почему. Напрочь вылетело из головы. Вроде бы вы хотели меня о чем-то спросить, но так и не спросили. О господи! Получается, спрашивали, но не спросили?

— Словом, вы не помните.

— Ну, если хоть раз вспомнил, непременно должно повториться. Как ласточки в Капистрано, понимаете? Может, дадите мне ваш номер еще раз? Вы уже как-то давали, но, хоть убей, не найду, куда его задевал.

Я продиктовал ему номер.

— Мэтью Скаддер, — сказал он. — О’кей, записал. Эй, а знаете что? Все же занятно! Вы Скаддер, а я Скутер.

— А некоторые люди, только вдумайтесь, сомневаются в существовании Господа Бога.

— Что? А, ну да. Мне давненько никто не звонил. Целые годы. Да что там годы, вечность! Ладно. Как только вспомню, сразу вам позвоню.

— Вот и замечательно, — отозвался я и повесил трубку.

Стало быть, все они живы. Все трое.

В полдень я отправился на встречу в Фаэрсайд. А когда вернулся, в ячейке меня ждало сообщение. «Красный Человек» — было написано там, и прилагался номер телефона. С минуту я думал, потом сообразил, что это Деннис Редмонд. Поднялся и позвонил ему из номера.

— Думал, результаты вскрытия поступят только в понедельник, — сказал он, — но то ли у них загрузка неполная, то ли ваш Стиллмен умудрился пролезть без очереди.