— Какое необычное имя. Оно сокращенное, да?

Глазищи невозмутимо созерцали ее.

Парис беспомощно улыбнулась и протянула руку.

— Что ж, привет, Дэт. Очень рада познакомиться.

Меня зовут Парис.

Дэт внимательно исследовала руку, но не взяла ее, поэтому Парис наклонилась ближе и посмотрела на нее ответным торжественно-строгим взглядом.

— А теперь мне действительно надо ехать, Дэт. Давай, беги домой, ладно?

Дэт энергично помотала головой, густые темные кудряшки при этом били ее по лицу. Парис снова оглянулась, потом с решительным вздохом заглушила мотор и протянула руки. Пяти секунд оказалось достаточно, чтобы ее шею обвила пара довольно чумазых ручонок. Парис слегка отстранилась, чтобы спастись от удушения и выбралась наружу. И тут же маленькое теплое личико уткнулось ей в плечо. Она остановилась как вкопанная.

Вдыхая нежный детский запах, она провела ладонью по растрепанным блестящим волосам, щекотавшим ее подбородок. Сердце беспокойно подпрыгнуло, когда девчушка повторила ее жест.

— У тебя красивые волосы, — сказала Дэт.

— Спасибо. И у тебя тоже. — Парис проглотила комок в горле. Прошло больше десяти лет с тех пор, как она держала на руках ребенка.

Отбросив в сторону воспоминания, она сделала три шага по широкому крыльцу, стукнула в прозрачную дверь, повертелась, пытаясь заглянуть внутрь.

Откуда-то изнутри раздавались голоса взрослых, отдельные выкрики детей. Она постучала громче и попыталась оторвать руки Дэт от своей шеи. Маленькие ручки усилили свою хватку.

— Дядя Джек приглашал, вот и заходи, дорогая, пролепетала девочка.

Оставалось только на дрожащих ногах войти в холл.

Глава 9

Найти обитателей дома оказалось несложно.

Парис пошла на шум множества голосов — не приглушенного говора, а того, что она назвала бы беседой на повышенных тонах. Раньше, чем она смогла что-то разобрать, перед нею выросла рыжая голова женщины, руки которой вырвали у нее Дэт. Бросив Парис откровенно любопытный взгляд и доброжелательное:

«Привет», она исчезла на лестнице.

Парис глубоко вздохнула и ступила в комнату. Шум не утих — где-то верещали дети, а на кухне гремела посуда, но перед ее появлением беседу прекратили.

Джек стоял у бара, спиной к двери. Ему не надо было оборачиваться, чтобы узнать, кто вошел в комнату, когда Майк присвистнул и простонал: «Класс».

Он только напомнил себе, что Майк — член семьи, а потому стоит дать ему еще шанс, прежде чем начать размазывать его по стене. Он осторожно поставил пиво на стойку и сказал сдержанно:

— Руки прочь, братишка. Дама моя.

Она стояла в дверном проеме: спина прямая, подбородок задран вверх, в глазах — немой призыв. Спасите! Знакомая гремучая смесь высокомерия и неуверенности царапнула его по сердцу. Ему хотелось броситься через комнату, заявить свои права на нее, защитить. Он не прошел и полпути, как Вине уже совал ей в руку пиво.

Анна возмущенно округлила глаза.

— Мог бы догадаться, Винсент, что она захочет чего-нибудь поприличнее. — Глаза сестры, глядящие на приближающегося Джека, блестели от нескрываемого любопытства. — Не хочешь представить свою девушку, Джеки?

Джек выстрелил в сестру взглядом, но в этот момент на лестнице появилась его мать вместе со следующими за ней по пятам, по крайней мере, пятью внуками.