— Блины остыли. — Катя сунула тарелку в микроволновку. — Я хоть и не хмелею, но от спиртного у меня просыпается зверский аппетит.

— Надо плотненько покушать, — уговаривала себя Ангелина, пытаясь уцепить трясущимися в ее руках палочками ускользающую креветку. — Ну куда ты убегаешь… Я все равно тебя поймаю!

— Берите руками или вилкой, а то ослабнете от голода, — улыбнулась Катя.

— Сейчас я немного приду в себя и кое-что тебе покажу, — пообещала гостье Ангелина.

— Что? — любопытная Катя вытаращила глаза. — Что вы мне покажете? Скажите! А то я лопну от нетерпения!

— Ты опять не поверишь, но это я еще сама не видела! — дразнила ее хозяйка. — Вот и посмотрим вместе, но только после еды!

Под этим Ангелина подразумевала подкинутый свадебным салоном сюрприз, дожидавшийся ее в комнате. В коробке с ангелом на крышке, словно в ящике Пандоры, таилась причина, из-за которой могло сорваться завтрашнее торжество… А вдруг чужое платье окажется лучше?! Хоть в это и верилось с большим трудом, но надежда, как известно, умирает последней! А после сытного обеда и приличной дозы алкоголя надежде очень-очень хотелось выжить.

Но… От такого потрясения даже тяжеловес отправился бы в нокаут. Под шуршащей оберткой скрывался наряд для невесты рубенсовских форм, коими Ангелина похвастаться не могла. Катя застыла в немом изумлении, глядя как Ангелина вынимает из коробки бесконечно широкое платье, застилающее пол кружевными складками. Расшитый жемчугом лиф походил на доспехи средневекового рыцаря, за которыми могли укрыться две Ангелины Громовой. А при виде гигантской подвязки невеста издала хриплый звук… или, может быть, это надежда в ней ощутила признаки удушья?

— Что это? — Катя преодолела шок и обрела дар речи. — Это розыгрыш?

— Нет. — Ангелина вдруг нервно захихикала. — До такого бы я никогда не додумалась! Интересно, как я буду смотреться в этом наряде? Нужно его примерить.

— Я бы не рискнула, — покачала головой Катя.

— Эх, была не была! — решилась Ангелина, скинула джинсы и свитер и бесстрашно нырнула в кружевную бездну.

Платье ожило, зашевелилось, под складками шелка что-то задышало, заколыхалось, пробираясь к горловине и, наконец, на поверхности показалась рыжеволосая Ангелинина голова. Карие глаза невесты задорно светились. Она выпрямилась, платье вздулось. Сувенир «Баба на чайник» был готов.

— Ну как? Ну как? — Ангелина закружилась, длинный подол обвил ее ноги, а верхняя часть платья даже не шелохнулась.

Катя испугалась, что она упадет, подняла подол и обежала невесту, раскручивая сбившиеся складки.

— Можно поискать другое платье, в этом вы себе ноги переломаете…

— Я излечу любой недуг моей королевы своим горячим поцелуем, — промурлыкал Анатолий, внося в комнату роскошный букет любимых Ангелининых королевских лилий.

— Ой, сюда нельзя! — в один голос закричали дамы, но было уже поздно.

— Это почему же нельзя? — обиделся жених и протянул цветы невесте. — А это что такое? Последнее, по-видимому, было сказано по поводу потоков белой материи, затопившей комнату.

— До свидания, Ангелина Станиславовна, — поспешила откланяться Катя, предчувствуя неприятное объяснение. Мне пора. До свидания, Анатолий. — Не дожидаясь ответа, она тактично удалилась, гадая, зачем понадобилось Ангелине покупать такой наряд.

— Дорогая, что за маскарад! С каких это пор свадебные платья шьют с запасом? Или ты купила его на распродаже в магазине «Богатырь»? — возмущался Анатолий.