|
Вторая шлепнулась на спину Эмиру — прямо на знак радиоактивной опасности с крыльями летучей мыши. Как символично! Небось тот, кто придумал «Ангелам» эмблему, рисовал с натуры. Мутант, которого я сбросил с себя, неуклюже ковылял по мусору, наваленному на пол. Вскарабкавшись на обломок бетонной плиты, тварь растопырила крылья, но взлететь не успела. Я честно навел на нее АК, надежно обхватив его двумя руками. За миг до того, как мой палец дернул спусковой крючок, на летучую мышь прыгнула здоровенная крыса. Она взялась не пойми откуда. Мышь пискнула и всё-таки попыталась подняться в воздух. Не тут-то было. Всей своей массой прижав летунью к бетону, крыса принялась деловито шматовать еще живую добычу. Короткой очередью я уничтожил обоих мутантов за раз. — Ворон! Сван! — крикнул я, заметив, что на командира готов наброситься еще один грызун, притаившийся в щели на потолке как раз у самой лестницы. Сталкер не оплошал. Он мгновенно вычислил опасность. Выстрел поверх головы грушника — и крыса вместе с кусками штукатурки рухнула вниз. Майор не растерялся, он сразу же всадил в нее пулю. — Помоги, брат! — крикнул Эмир, но Душан проигнорировал зов родственника, он продолжал тащить цинк к лестнице. Казалось, он не замечает того, что творится вокруг. Ему поставили задачу, вот он и исполняет. Сначала проспал дежурство, теперь это… Что-то не то с парнем. Ведет себя слишком странно. Но этот вопрос мы решим позже. Сначала отбиться бы от мутантов и без потерь выбраться из подвала. А что для этого нужно? Правильно, метко стрелять и мгновенно реагировать на изменения окружающей обстановки. Конечно, любого из нас могло зацепить рикошетом, но тут как карта ляжет. На самом деле я ни секунды об этом не размышлял. Я действовал. Стрелял и уклонялся, подпрыгивал на месте, когда на меня кидались крысы, и перезаряжал автомат. Я истратил четыре рожка на мелочь под ногами и мохнатых летучих мышей, что так и норовили проверить на прочность мою сонную артерию. Чертовы упыри! Я так завелся, что уже не обращал внимания ни на что вокруг. В глазах кишели только мутанты. И лишь потом, когда поток иссяк и везде валялось расколошмаченное в куски зверье, я заметил, что Ворон рядом, куртка на спине Эмира располосована когтями, а Душан свернулся на полу калачиком и тяжело сопит. — Сван? — схватил я Ворона за рукав. — Живой. — В ушах звенело от выстрелов, поэтому голоса сталкера я не услышал — угадал ответ по движению губ. — Наверху. Наверху — это хорошо. Значит, мутанты его не достали. Первая атака не в счет. Потерять конфедератку — вовсе не то, что потерять голову. Если надо, я ему каску раздобуду, не проблема. — Ранен кто? Ворон пожал плечами и кивнул на Душана, над которым склонился Эмир. Осмотр ничего не дал. Я даже отсюда видел, что крови на черногорце нет ни его, ни чужой. Эмир нащупал пульс и попытался растолкать брата, но тот не открыл глаз. — Что делать? — Эмир едва не плакал. — Наверх его, — скомандовал я. — Там разберемся. Вот тебе и отличное место для ночевки, сухое и безопасное… Ну, ничего. |
