— Сандвичи с огурцом! Пожалуйста, принесите! — потребовал Меткалф. — У меня в гостях английская леди.

— Ну ты и поганец, Джон, — со смехом сказала Ровена. — Никто в Англии не ест сандвичи с огурцом. И пышечки тоже. И не все мы увлекаемся принцессой Дианой.

— Ага, и сейчас ты мне скажешь, что в Англии нет «Виктория сикрет»! — запротестовал Меткалф.

— И нету.

— Нет «Виктория сикрет», знаменитого английского белья? — он вытаращил глаза.

— Нет, — неумолимо настаивала Ровена, и оба расхохотались.

— Убирайся с моих глаз! — сказала она.

— Так это сделка. Ты или соглашаешься, или отказываешься, — настаивал Джон. — Я могу завтра же отдать это в «Полиграм».

— Они тоже не согласятся, — пожала она плечами. — Я не заключу сделку, пока не увижу нужных цифр. И можешь забыть о возврате прав. «Мьюзика» не сдает своих мастеров. Мы на рынке, чтобы покупать. Нас не интересует сдача в аренду.

— Ну ты и крепкая сучка, мисс Гордон. Кто-нибудь тебе это уже говорил?

— Часто, мистер Меткалф. Часто.

— Так что я надеюсь соблазнить тебя пойти завтра на концерт, — сказала Ровена.

— Пойти на концерт самой популярной в мире группы с самой красивой женщиной во Вселенной? Я должен проверить свой дневник, — подтрунивая, сказал Меткалф, пожимая ей руку.

Ровена открыла дверь лимузина и одарила его, как она надеялась, улыбкой деловой женщины.

— Я чувствую себя так, будто провела девять раундов с Майком Тайсоном, — сказала она.

Он бросил на нее быстрый умный взгляд:

— Так оно и есть.

— Но я все еще на ногах.

— Пока, — ответил Джон Меткалф. — Пока.

23

Говорит Глория Робертс. Мы всегда присутствуем на больших концертах, и в данный момент мы в «Колизеуме», за кулисами, и Джо Хантер, британский певец из сенсационной группы «Атомик масс» рядом со мной. Добро пожаловать, Джо!

— Дама, с которой я говорю, — сказал Хантер с ланкаширским акцентом, слегка картавя, — одна из первых запустила в Америке по радио «Атомик масс». Сами-то помните?

— Ну конечно, помню, — ответила та, чрезвычайно польщенная.

Джон Меткалф крутил баранку одной рукой, направляя машину по фривею Санта-Моника к «Колизеуму» и слушая, как Джо, певец группы, играл с интервьюершей, как на гитаре. Меткалф нажал несколько кнопок на стереосистеме, пытаясь найти станцию, где бы не было «Атомик масс». Ему не удалось.

— Это «Большая кошка» из «Животного инстинкта».

— …сейчас прозвучала песня «Золотой лед» в исполнении «Атомик масс»…

— …с диска, который сейчас продается…

— …которая делает британскую рок-группу третьей, для которой предоставляется весь «Колизеум»…

— …из «Берегов Венеры». Наш конкурс «Что бы вы сделали, чтобы достать пару билетов на «Атомик масс» достиг апогея.

— …это был «Ныряльщик»… написанный Моттом…

Джон с насмешливым облегчением закатил глаза.

— … который, кстати, в данный момент очень влияет на группу «Атомик масс», объявление о выступлении его сегодня вечером висит в «Колизеум» это их самое первое шоу в гастрольной поездке 1995 года — «Животный инстинкт»…

Он застонал от явного поражения.