— Я думаю, теперь твоя очередь, — сказал Майкл, продолжая этот очень личный разговор с ней.

— Заплатить за ленч? Я тоже так думаю, — согласилась Ровена, и в ее тоне проскользнул слабый намек — она понимает подтекст.

Они оба знали, о чем речь. Майкл ублажил Ровену в прошлый раз, теперь ее очередь. Она будет делать то, что ему нравится. Она накроет его длинными прекрасными волосами, и его тело почувствует ласку миллиона нежнейших перышек, ее губы станут передвигаться… нет, не только губы, но и язык, по его телу, пока не опустятся к паху, где поиграют жесткими волосами плоского живота и ниже, а потом обхватят его плоть, и он крепче притиснет к себе ее голову. Иногда кончик языка Ровены доводил его до исступления, такой горячий, такой ласковый. Она талантлива в сексе, думал Майкл, пытаясь отогнать от себя нахлынувшие видения — о, чего он только не делал с ней, проникал так глубоко, она едва не глотала его, и Майкл, не в силах сдержаться, кончал, со стоном возносясь на небеса. Ему казалось, он просто умер. Ей нравились такие игры, что еще сильнее возбуждало Майкла. Ночью, лежа рядом с женой, он просыпался от желания обладать Ровеной. Другие женщины отказывались от того, что делала Ровена, а если соглашались, то очень неохотно, уступая, чтобы ублажить. Можно, конечно, заказать девицу, но тут другое — услуга за услугу. А Ровена настолько поглощена им и так вожделеет к нему, что просто мечтает сделать это для него. Она сама просит. Майкл Кребс никогда раньше, нигде, ни с кем — ни с другими девицами, ни с женой — не знал подобного экстаза, какой испытывал с Ровеной, опускавшейся перед ним на колени. Длинные волосы спадали на спину золотистым плащом, маленькие, похожие на бутончики соски твердели, она с готовностью подставляла голову, закрывала в полном экстазе глаза, а из ее горла вырывались тихие стоны. Майкл просто сходил с ума, он грубо таранил ее, спрашивал, каково ей на вкус, хочет ли поглубже, нравится ли ей. Однажды, не открывая глаз, потянулась руками к его рукам, он никак не мог понять, в чем дело, но когда она положила его руки себе на затылок, он вдруг догадался — Ровена хочет еще глубже, еще сильнее…

Майкл почувствовал, как разбухает, и Ровена заметила.

Они незаметно переглянулись. Во взглядах читалось взаимное желание и раздражение — они сейчас ничего не могут, кругом полно народу. Ровена улыбнулась, а Кребс подмигнул в ответ.

Боже мой, я его так сильно люблю.

Девочка потрясающая.

Лимузин заурчал и остановился перед «Уорнерз», кучка фотографов кинулась вперед, щелкая затворами.

— Привыкайте, мальчики, — сказала Барбара, взглянув на Майкла и Ровену с явным удовольствием. — Все равно придется.

«ХИТ-СТРИТ» выходит на следующей неделе! — кричали рекламы.

Новое британское наступление? — вопрошал журнал «РИП», выйдя с фотографией Джо на обложке.

О, какие вы хорошенькие, — ворковал «Виллидж войс».

«Что может извлечь хеви-метал? — интересовался «Роллинг стоун». — Очень и очень мало. Метал вправе предъявить претензии «Атомик масс», новой группе из Англии, вызвавшей сенсацию на Эм-ти-ви своей «Карлой», первой песней из дебютного альбома «Хит-стрит», сделанного Кребсом, — на следующей неделе его выдают на-гора «Уорнерз». Они играют достаточно плохую музыку, если смотреть с позиции любителей ранней «Металлики», но сами довольно приятные на вид и способны оттащить девчонок от других групп.