— Я бы съел хороший бифштекс, — высказался он. — Может, зайдем? — И затем с опозданием заметил, что это то самое место, где они познакомились три года назад.

— Да, но…

— Что — но?

— Не надо бы, чтобы нас видели вместе.

— Это смешно. Заруби себе на носу, что я не испытываю к тебе никаких желаний, что нам абсолютно нечего скрывать… в смысле, то, что происходит теперь. Ничего не происходит, кроме того, что моя жена уехала, а твой муж, который и мой брат, лежит в больнице, а мы ужинаем, потому что я голоден. Полагаю, и ты тоже. Нет?

— Да, я проголодалась.

— Отлично. Давай поедим.

«Когда другие женщины, а не только мужчины, смотрят на какую-то женщину, это значит, что она сногсшибательна», — думал Йен, пока они шли к своему столику.

— Может, сначала подойдем к салат-бару? — спросил он.

— Нет, я закажу только горячее. Это… — Она мило пожала плечами. — Это слишком печально — стоять там. Знаешь, я ни разу больше не была здесь, поскольку сказала Клайву, что это место мне не нравится.

— Зачем ты мне это говоришь? Ты составила план, претворила его в жизнь, поэтому нечего предаваться сентиментальным воспоминаниям. Я не хочу это слушать, Роксанна. Я пришел сюда поесть.

— Ладно, ладно. Нечего так из-за этого расстраиваться.

— Я не расстраиваюсь. Давай сделаем заказ.

Еда была, как обычно, превосходна: бифштекс прожарен в самый раз, картофель — хрустящий, овощное рагу сочное, как настоящий рататуй, какой готовят во Франции. Изгнав из головы всякие мысли, Йен спокойно ел и пил вино, уставясь в пустоту поверх головы Роксанны.

— Мы не можем просто так сидеть и есть молча, — немного погодя сказала она.

— Почему нет?

— Потому что так мы похожи на супружескую пару, — попыталась пошутить она.

— Хорошо, — согласился он, — раз мы точно не супружеская пара, то и не хотим быть на нее похожими. Давай будем разговаривать.

— О чем мы поговорим?

— Мне все равно. О политике. О чем угодно. Что происходит в городе?

Она на мгновение задумалась, потом спросила:

— Что там такое насчет крупной сделки, связанной с лесом? Клайв сказал мне, что вы с Дэном из-за нее поссорились.

— Да, неловко получилось. Я не хочу на него злиться, а он, полагаю, — на меня. Хотя он все же глупо поступает, воротя нос от таких денег.

— Клайв не сказал, сколько это. Он мало что рассказывает мне о делах.

«Значит, он еще не совсем сошел с ума. Финансовое состояние «Грейз фудс» последнее, что нужно знать этой особе. На следующее утро об этом узнает весь город. С другой стороны, она слишком умна для этого. В любом случае чем меньше сказано, тем лучше».

— Ну, это большое предложение. Полагаю, Клайв выступит на моей стороне?

— Не знаю. Он не сказал. А что за человек эта Аманда?

— Я мог бы с ней поладить. Аманда — сука, но есть суки и суки. Разные типы.

— Не на меня ли ты намекаешь?

— Не надо сверкать глазами. Да, я имею в виду тебя, но ты не Аманда. Общее у вас только то, что вы обе хваткие. Умные и хваткие. Заботитесь о себе.

— Приходится, когда имеешь дело с мужчинами. Прости, мне надо в дамскую комнату.

Когда она отошла, к их столику подошел какой-то мужчина и прошептал:

— Эй, кто это с тобой? Что происходит?

Старый знакомый по теннисному клубу, он имел право на подобный вопрос, и Йен со смехом ответил:

— Ничего не происходит.