— Да где же ее взять… — пробормотал он, заставляя себя встать и начать ежеутреннюю тренировку по системе лунг-гом.

В восемь он уже завтракал: лапша по-китайски, с овощами и перцем, травный чай, сыр. В девять был в офисе Боевого братства, где его ждал какой-то ранний посетитель в длинном сером плаще, с виду — замученный проблемами мелкий клерк.

— Вы ко мне? — спросил Ираклий.

— К вам, Ираклий Кириллович.

Ираклий насторожился, но виду не подал. Этого человека он раньше не встречал, между тем тот знал, как его зовут.

— Бывший офицер, военнослужащий? Есть проблемы? Проходите, пожалуйста.

— Офицер, но не бывший, а проблемы скорее у вас, чем у меня.

— Кто вы? — пристально глянул на бледновато-помятое лицо посетителя Федотов.

— Подполковник Калитин, заместитель начальника управления Федеральной службы безопасности по Алтайскому краю.

— О! — поднял брови Ираклий. — Такие гости и без охраны!

— Ну почему без охраны, — улыбнулся Калитин. — Один со мной, двое внизу, все как положено.

Только теперь Ираклий обратил внимание на еще одного посетителя, вернее, посетительницу, тихо сидящую в уголке приемной. Вопросительно глянул на подполковника. Тот кивнул.

— Мужикам до нее далеко.

Ираклий встретил взгляд молодой женщины и понял, что Калитин прав: это был взгляд человека, прошедшего огни и воды и великолепно владеющего собой.

— Извините, вам придется подождать здесь.

Женщина бросила еще один взгляд на своего начальника и осталась сидеть в приемной в той же позе.

Они прошли в кабинет главы Боевого братства. Ираклий усадил гостя напротив себя, предложил:

— Кофе, соки, чай?

— Спасибо, я уже завтракал, — ответил Калитин. — У меня к вам накопилось немало вопросов, Ираклий Кириллович, хотелось бы получить на них ответы. Историю вашу с увольнением из органов я знаю, в тех пределах, конечно, в которых мне позволено ее знать. Однако неясной осталась причина. Может быть, поделитесь?

— Я ушел не сам, — лаконично сказал Ираклий.

— Это-то как раз понятно. Как известно, уходят и солдаты и министры, только министры — со своих постов, а солдаты, как правило, — из жизни. Насколько я знаю, вы не из министров?

— Не успел дойти до кресла, — усмехнулся одними губами Ираклий. — Какие еще вопросы вас интересуют?

— Откуда вы знаете капитана ФАПСИ Болдырева?

— Он муж моей двоюродной сестры.

— Понятно. Вы часто с ним контактируете?

— Не очень, всего-то два раза и встречались.

— А когда виделись в последний раз?

Ираклий почувствовал тревогу.

— Дней пять назад. Что случилось, подполковник? Что вы крутите вокруг да около?

Калитин помолчал, разглядывая на столе статуэтку Георгия Победоносца, пронзающего змея.

— На него совершено нападение.

Ираклий вздрогнул.

— Та-ак! Он…

— Жив пока, находится в нашей ведомственной клинике. В него стреляли, одна пуля в легком, вторая прошила шею, но, к счастью, не задела горла и артерий.

— Кто?

— И мы хотели бы знать — кто, — поморщился Калитин.

— Надеюсь, вы пришли не за тем, чтобы предъявить обвинение мне?

— У вас нет причин.