Никто не мог понять, что это за представление. Лишь мать Нины показала пальцем на мужика и громко, словно её грабят, завопила:

– Это он! Насильник! Держите его!

Тут Катрин опустила игрушку. Преступник, снова почувствовав себя хозяином собственного тела, бросился бежать, но быстро был сбит с ног и скручен полицейскими.

* * *

– Ну, рассказывай, как всё прошло? – спросила Вера, встретив Катрин на лестничной площадке.

– Хорошо, – сдержанно ответила Катрин.

– Ну же, дорогая, не скромничай, я же вижу, как тебя распирает от гордости, – подстёгивала ведьма выжатую как лимон девочку.

– Мне что-то не по себе, – прожевала слова Катрин и опёрлась рукой о стену, не в силах стоять на ногах.

– А, так это у тебя «отходняки» начались. Тело постепенно теряет заряд, и с каждой минутой ты будешь всё сильней чувствовать усталость, которая срубит тебя, и ты проваляешься в постели дня два, – Вера говорила так невозмутимо, словно речь шла об обычной простуде.

К горлу Катрин подступала тошнота, ватные ноги не держали обессилевшее тело, и девочка «стекла» по стенке на пол. Тяжёлые веки опускались стремительней театрального занавеса, но, как бы Катрин ни старалась удержать сознание, это было ей не под силу.

– Эй! Хорош тут разваливаться, я тебя тащить не собираюсь! Эй! Вот чёрт! – выругалась Вера, увидев обмякшее тело подростка.

* * *

Никогда ещё сон не был таким крепким, а пробуждение таким тяжёлым. Катрин открыла глаза и несколько минут просто лежала, ни о чём не думая. Внутри ватной головы блуждал туман беспамятства. Катрин пошевелила слегка затёкшими конечностями и, как только кровь прилила к ним, девочка поняла, что её тело снова полно сил.

«Что за…»

Кто-то раздел её до нижнего белья и уложил в кровать. Катрин огляделась по сторонам и поняла, что не знает, где находится. Это была не её квартира и не квартира Веры, да и на больницу помещение не смахивало даже отдалённо. Девочка опустила босые ноги на пол и почувствовала тёплую деревянную фактуру. Рядом с кроватью стоял стул, на котором лежала аккуратно сложенная одежда Катрин. Она быстро оделась, и тело её ощутило приятное соприкосновение с чистыми и выглаженными вещами.

Осмотревшись, девочка поняла, что снова находится внутри какого-то дома. Электричества здесь, кажется, не было изначально. На тёмных деревянных стенах плясали тени, создаваемые пристроенным к стене камином, из которого по всей комнате разлетался сладкий хвойный аромат. Но источником света был не только огонь. Катрин осторожно подошла к не полностью занавешенному широкому окну и ахнула: синяя луна искрилась на пушистом девственном снегу, которым было покрыто всё вокруг.

«Очередное окно, которое передаёт картинку, но по-прежнему ведёт в мой двор», – подумала девочка.

Подняв щеколду и потянув на себя раму, она ощутила, как мороз начал щипать кожу, а в лицо ударил свежий слабый ветерок.

«Не может быть!» – Катрин высунулась наружу.

На подоконнике шелковистой полоской лежал снег. Девочка сгребла рукой идеально белую холодную крупу, которая закапала на пол, тая в тёплых руках.

«Офигеть!» – чуть не запищала от восторга юная ведьма.

Сзади что-то глухо хлопнуло. Катрин обернулась и увидела, что в комнату вошёл невысокий бородатый мужчина в фартуке и с деревянным подносом в руках. На подносе стояли пузатый чайник и резная пиала. Мужчина молча поставил поднос на небольшой столик возле камина, наполнил пиалу и удалился. Катрин постояла с минуту, не решаясь подойти.

«Надеюсь, что это не он меня раздел!» – возмутилась она про себя, а затем воровато приблизилась к столику.