«Да, её не хватает. Мне так одиноко, я хочу вернуться домой, к Вере».

«Они скоро появятся, зарядись книгой, а затем возьми кусок угля, который лежит возле подвального окна».

«Но зачем?»

Катрин была поражена точностью указаний голоса, словно тот был в курсе всего, что происходит вокруг.

«Быстро! Медлить нельзя!»

Послышался металлический лязг. Крышка люка задвигалась и, приподнявшись, поползла в сторону. Катрин вскочила на ноги, мгновенно достала книгу из незакрытого рюкзака и глубоко вдохнула, отчего всё её тело тотчас пробудилось и завибрировало. Затем она бросилась к маленькому окошку, наполовину уходившему под землю. Голос не соврал – возле окна действительно лежали куски угля. Из канализации начали показываться худые руки, затем лица, туловища. Несколько Ао ловко выбирались наружу. Рука девочки быстро нащупала рукоятку серпа, вспотевшая ладонь обхватила гладкое дерево, и Катрин на мгновение почувствовала себя защищённой.

«Оставь серп! Черти́ углём круг, оставайся внутри и повторяй за мной».

Катрин больше не задавала вопросов, а только действовала.

– А-а-ва, а-ии-ва, о-око-у, ин-ва…

Этот набор звуков, походивший на мычание душевнобольного, смущал девочку, она чувствовала себя ужасно глупо, но не останавливалась. Через минуту трое Ао стояли поодаль от Катрин, пожирая её глазами и готовясь к контакту. Одного из них Катрин уже знала, второй же выглядел совершенно безобидно: он был на две головы меньше и ещё более худой, чем первый. Хотя, худее, казалось бы, быть невозможно.

– А-о-шэ, ир-я-ло, – продолжала девочка вторить голосу.

От вида того Ао, который вылез из-под земли последним, по телу ведьмочки пробежал неприятный холодок, а ноги одеревенели. Он был самым крупным из всех, что видела Катрин. Длинные тощие руки свисали вдоль туловища и напоминали вёсла. Если бы на этих костях росло мясо, этот гигант мог бы претендовать на роль боксёра в супертяжёлом весе: нет сомнений, что с такими руками он был бы непобедим. Широкий лоб напоминал отвесную скалу, которая заканчивалась двумя кратерами глаз. Брови отсутствовали, словно никогда и не росли, а нос расплющился до такой степени, что практически вжался в лицо. Видимо, паразит часто участвовал в потасовках. Зрелище было просто ужасное.

«Если бы смерть с косой была мужчиной, она бы выглядела именно так», – решила про себя Катрин.

Все трое двинулись в её сторону.

«Кто это? Что происходит?» – обратила Катрин свои мысли к Ао, которого недавно отпустила.

Тот молчал. Девочка хотела сделать шаг, но голос внутри её головы закричал:

«Стой! Не покидай круг, пока вы не договоритесь!»

Откуда он знал, что они договорятся? Ао подошли так близко, что Катрин могла полностью разглядеть их мерзкие лица.

– Ау-ты ар-ён-о, – закончила маленькая ведьма, и по кругу пробежали молнии. Ао остановились и принялись что-то обсуждать на незнакомом языке, а спустя минуту в голове девочки раздались чужие мысли:

«Это тебе нужен переводчик?»

В её сторону двинулся миниатюрный Ао, которого чудом не сдувал сквозняк, вольготно слоняющийся по этим переулкам. Катрин замахнулась серпом, готовая ударить в любой момент, но это было лишним – Ао держался на расстоянии от угрожающего круга. Катрин принялась разглядывать нового собеседника, который отличался от своих сородичей. На голове Ао виднелось чёрное поле волос. Ростки хоть и были невысокими, но плотно жались друг к другу. Дай этому полю время – и оно прорастёт, станет лесом, пустит косы. Вторым сюрпризом была смуглая кожа, резко выделяющая этого паразита из всего его бледного племени, а узкий разрез глаз был вишенкой на этом контрастном торте. Внутренний голос твердил, что перед ней стои́т женщина, хотя ничего женственного в этом худосочном карлике не было.