|
На правах друга его стали приглашать в дом графа, где Соблазнитель с изумлением столкнулся не только с неприкрытой нищетой, но и вопиющей нечистоплотностью. Амурное его чувство мгновенно испарилось, и он, подарив девушке несколько цехинов, поспешил ретироваться. Увидев через несколько лет графа на улице, Казанова хотел улизнуть от него, но не успел: граф поймал его за рукав и принялся жаловаться на жизнь. Избавление обошлось Соблазнителю в десять цехинов. О графской дочке, он, разумеется, даже не помышлял. Но вскоре он столь же неожиданно встретил молодую графиню. Она не подурнела, однако на всем ее облике лежала печать нищеты. Графиня так усиленно зазывала Соблазнителя в гости, что он не смог отказаться. Приведя его в неопрятную квартирку, она бросилась ему в объятия, умоляя подарить ей минуту страсти. Казанова попытался предложить висевшей у него на шее графине деньги, но та была настойчива, и Казанова, не привыкший отказывать женщинам, скрепя сердце согласился исполнить ее просьбу. Ему пришлось отлучиться по нужде. Возвращаясь обратно, он перепутал дверь и вошел в соседнюю комнату, где обнаружил отца графини и еще двух подозрительных типов. Поняв, что его хотели заманить в ловушку, он поднял скандал, типы тотчас смылись, а следом за ними и граф, пробормотав что-то про неотложные дела. Разумеется, ни о какой любви речи идти не могло. Бросив на стол десяток цехинов, Соблазнитель, не слушая оправданий графини, гордо удалился. Вероятно, от тяжелой жизни разум молодой графини помутился, отчего она и совершила упомянутый выше поступок, а затем надолго угодила в лечебницу для душевнобольных. Впрочем, для Соблазнителя это уже значения не имело: клеймо колдуна, одурманившего девушку приворотным зельем, прочно прилипло к нему.
Возможно, все бы и обошлось, если бы обвинителем Казановы выступало, так сказать, общественное мнение, но своими дерзкими выходками Соблазнитель навлек на себя гнев вполне конкретного человека, а именно сенатора Кондульмера. Сенатор владел одним из театров, где шли пьесы весьма посредственного сочинителя аббата Кьяри. Казанова освистывал комедии аббата, отчего зрителей, желавших их посмотреть, становилось все меньше, и наоборот, бурно аплодировал пьесам столь же посредственного автора патриция Дзордзи, чьи доходы от бесплатной рекламы ощутимо возрастали. Выбор Казановы объяснялся просто: синьора Дзордзи была его любовницей. И здесь Соблазнитель тоже перебежал дорогу Кондульмеру, давно и безуспешно добивавшемуся благосклонности очаровательной синьоры. Поэтому когда сенатор стал государственным инквизитором, у него появилась прекрасная возможность отомстить своему недругу, а у инквизиции оказался под рукой человек, готовый лично заняться делом дерзкого выскочки Казановы. В это же время в городе распространился сатирический роман «Удачливый комедиант» аббата Кьяри, главный герой которого разительно напоминал Соблазнителя. Затаив злобу на аббата, Казанова решил отомстить, то есть по своему обыкновению отколотить врага палкой, однако случая как-то не представлялось. Тут Казанова получил анонимное письмо, где ему советовали забыть о мести и позаботиться о себе, ибо над головой его уже сгустились грозовые тучи. Самолюбивый венецианец не придал значения анонимке, уверенный, что Брагадин сумеет защитить его от нападок врагов. Однако престарелый сенатор уже не обладал прежним влиянием, а родственники его имели зуб на приемного сына. Он досаждал им своим поведением, а также был претендентом на наследство. Поэтому Брагадин, узнав о письме неведомого доброжелателя, посоветовал Казанове на время покинуть город. Враг всяческого беспокойства, привыкший рассуждать как свободный человек, Соблазнитель не обратил внимания ни на слухи, ни на предупреждение и остался в городе. Дела его шли все хуже и хуже. Он проигрался, запутался в долгах и, пытаясь выйти из положения, решил заложить или даже продать бриллианты, данные ему М. М. Для этого он пригласил к себе огранщика Мануцци, который, как потом оказалось, по совместительству служил шпионом инквизиции. |
