Вспышка и вот я лечу. Красиво так лечу. Прямо в стену ресторана. Больно, между прочим.

Доспех просел до минимума. На самом деле он сейчас держится на последнем издыхании. А вокруг Варницкого воронка в несколько метров диаметром.

— Безмозглый щенок! — орёт он. — Ты хоть понимаешь, какую силу ты сейчас против себ…

Ледяное копьё влетело ему прямо в морду, обрывая на полуслове. Вокруг него образовалось ледяное пятно метров в шесть в диаметре. Там даже земля промерзла на метр в глубину.

— Ты зря меня пугаешь, — я иду прямо к нему и вытягиваю руку в сторону. — Это вам не стоило связываться со мной.

Сэра тут же появилась в моих пальцах в форме клинка. Рука сжимает покрытую синей кожей рукоять.

Варницкий ругается. Орёт. Кричит что-то про какую-то там силу, которую он представляет.

Идиот. Абсолютная сила здесь только одна.

И это я.

Рывок.

Я исчезаю в ту секунду, когда зеленоватый луч уже почти пробил мне голову и в ту же секунду появляюсь у него за спиной. Серебристый клинок рассекает воздух так быстро, что превращается в размытое пятно. Проходит через магический доспех, шею, позвоночник и срезает его дурную голову к хренам собачьим.

Обезглавленное тело Варницкого падает там же где и стояло.

А я едва стою и прикладываю все усилия для того, чтобы не рухнуть рядом с ним. Не хватало ещё улечься около этого куска дерьма…

Твою же… Не хватало ещё, чтобы люди Кузнецова Акселя из себя вывели. А то он их чисто из спортивного интереса на махач вызовет. И хрен они от него откажутся…

Блять! Забыл!

Мысленно ору Аксу, чтобы он не дал этому дегенерату броситься на Андрея и его ребят. Этому конченому плевать кого резать.

Хлопок. Закутанное в тёмный балахон нечто пробивает крышу того, что осталось от ресторана. Словно кто-то влупил по нему огромное ракеткой для тенниса. Ну или просто взял за шкирку и швырнул через потолок. То же вариант.

— РЕЕЕЗНЯЯЯ…— вопит оно в полёте и машет кинжалом, тщетно пытаясь нарезать ломтями воздух.

Эх, а ведь говорил мне Леонард в своё время. Не пихай в печать что ни попадя. Потом от таких вот пациентов хрен избавишься.

Бля… я идиот. Мог бы просто разворотить его да и всё. Блин. Не подумал. Голова уже не соображает от усталости.

Шрайк шлёпнулся куда-то в центр пруда. Ну, всё. Теперь кранты местной рыбной популяции. Назад он рыбный фарш не соберёт.

Немного постояв, я пришёл в чувство и пошёл обратно. За время моей короткой схватки с Варницким, бой почти остановился. Уцелевшие гвардейцы, те, кто ещё мог хоть как-то стоять на ногах, замерли с оружием в руках. Напротив них, точно в таких же позах, замерли Кузнецов и его ребята. А по середине разрушенного зала ресторана стоял двухметровый лысый громила и опирался на упёртую в пол Гаргару.

— Война окончена, — громко заявил я, швырнув под ноги гвардейцев голову их бывшего господина. — Если жить хотите, то бросайте оружие и проваливайте нахрен отсюда.

Дважды никого упрашивать не пришлось. Теперь особого повода сражаться у них уже не оставалось. Разве, что отомстить за голову своего дурного господина.

Но, похоже, что этого он не стоил.

Я глянул на Кузнецова и заметил, как один из его парней передал другому купюру. Это на что они там ставки делали?

Ай, не важно.

Главное, что я победил, а остальное как-то побоку… я ведь победил, да?

***

Капитан Ясао Такедзучи наслаждался утренним чаем.

Одетый в свой белоснежный мундир, мужчина сидел на мостике «Такао», держа в руках аккуратную чашку из тонкого фарфора и с умиротворением наблюдал за тем, как его корабль рассекал своим острым носом воды Индийского океана.