5 сентября 1809 года она приехала в Байе и отправилась прямо к мадемуазель де Монфике, своей давней подруге. Та встретила ее с радостью, которая, впрочем, быстро померкла.

— Убежище вашего друга обнаружено, — сказала Шарлота. — Мне стало известно из надежных источников, что через два дня его схватят. Ему нужно немедленно бежать.

— Бежать? Но каким образом? — вскричала Елизавета де Монфике. — Я была уверена, что здесь он в полной безопасности… и ничего не подготовила для бегства.

— Моя дорогая, вы поступили крайне легкомысленно, — произнесла коварная Шарлотта, ободряюще похлопав подругу по дрожащей руке. — Впрочем, любовь всегда слепа и неосторожна, уж я-то знаю! К счастью, я могу вам помочь.

— Вы?

— Да, я! У меня есть возможность переправить д'Аше в Англию. Я знаю надежных людей, которым можно доверить нашего дорогого мятежника. Вы сумеете привезти его послезавтра в полночь к берегу возле деревни Лангрюн?

Девушка задумалась.

— Полагаю, что смогу. Надо будет попросить у крестьян повозку. Это ведь совсем недалеко, всего несколько лье!

— А вы сумеете уговорить д'Аше?

Елизавета ответила улыбкой, которая смягчила бы любое сердце — но только не сердце алчной Шарлотты.

— Если я его попрошу, он непременно согласится, — с гордостью сказала она. — Он мне полностью доверяет.

— Что ж, прекрасно. Давайте обсудим наше дело сейчас, потому что завтра утром мне нужно быть в Кане.

Чтобы не привлекать внимания, они заговорили шепотом и совещались довольно долго: надо было предусмотреть все, ничего не оставляя на волю случая.

На следующий день, около полудня, Шарлотта де Вобадон вернулась в свой дом на улице Гильбер в Кане. Она была очень довольна поездкой: дичь не ускользнет, оставалось уладить последние детали согласно инструкциям д'Оландона, а затем можно будет спокойно ждать обещанных денег. Она постаралась все устроить таким образом, чтобы никто и никогда не узнал о том, какую роль суждено ей сыграть в аресте д'Аше. Это было важно для будущих дел, ибо теперь она чувствовала, что готова к продолжению. Недаром говорится, что трудно сделать только первый шаг!

Однако все эти планы строились без оглядки на судьбу, которая имеет обыкновение опрокидывать самые безупречные расчеты.

В данном случае судьба явилась в облике Альфреда де Форминьи. Этот красивый юноша из прекрасной семьи доказал свой хороший вкус, влюбившись в Шарлотту. И она несколько раз позволила себе небольшое развлечение: уступила его страсти, которая невероятно усилилась вследствие такой снисходительности. Естественным результатом этого стала бешеная ревность молодого Форминьи к д'Оландону.

В тот вечер Альфред де Форминьи явился к маркизе и спросил, принимает ли она.

— Мадам нет дома, — ответила ему молоденькая служанка Бабетта. — И сегодня она не вернется.

— Но я видел свет в ее спальне!

— Ну конечно! Это я занималась там разборкой вещей.

Альфред решил не упорствовать, хотя и не поверил служанке: он был убежден, что видел мужской силуэт в окне упомянутой спальни. Выйдя на улицу, он не отправился восвояси, а затаился в нише напротив и стал наблюдать за домом Шарлотты. Вскоре в окне вновь показался тот же самый силуэт, и Форминьи сжал кулаки. Или юная Бабетта принимала любовника в отсутствие хозяйки (что было весьма сомнительно, учитывая робкий характер девушки), или она солгала — Шарлотта была дома, и тогда у нее находится не кто иной, как гнусный д'Оландон.

Через несколько минут, которые показались вечностью влюбленному юноше, дверь дома отворилась, и на пороге появился человек в широком черном плаще.