Свет на площадке не горел, но Киру было плевать — он прекрасно видел в темноте.

Двигаясь тихо и аккуратно, он поднялся на нужный этаж, замер у одной из дверей, вслушиваясь в окружение.

Из-за двери не доносилось ни звука, но Кир все равно был уверен, что там, в квартире, есть живой человек.

Это была не интуиция, это было именно знание — пусть он не слышит и не видит никого, но он готов поклясться, что за дверью кто-то есть.

Кир даже мог с уверенностью сказать, в какой комнате этот человек находится и что делает — просто сидит на кровати, развалившись так, будто решил вздремнуть.

Кир сделал шаг назад, замер, готовясь ворваться внутрь.

В его голове проскочила предательская мысль — а что если с Токаем произошло то же, что и с ним? Что если Токай в форме, не ранен, не обессилен. Что если чудо, произошедшее с Киром, произошло и с Токаем?

Собираясь ворваться внутрь квартиры, Кир уже все детально просчитал и продумал — он в точности знал, сколько будут работать импланты Токая, как долго он будет опережать Кира в скорости, сколько ему самому нужно выдержать, сколько нужно держать удар, прежде чем наступит его время, его звездный час, и тогда уже Токай будет в проигрышной позиции, станет медленнее, слабее… А что если Кир ошибся? Вдруг Токай жив, здоров и полон сил?

Он тут же сам себе ответил — а ничего не изменится. Ему все так же предстоит продержаться ровно такое же количество секунд, и разница заключается лишь в том, что Токай будет бить в полную силу. Но Кир был уверен — даже в этом случае он выстоит, выдержит, а раз так…

Удар ногой заставил дверь не просто распахнуться, а слететь с пазов, рухнуть внутрь квартиры.

Сам Кир прыгнул внутрь даже раньше, чем дверь коснулась пола.

Если Токай «не в кондиции», то пара-тройка лишних секунд позволит закончить бой раньше и с куда меньшими сложностями, чем он рассчитывал.

Но не повезло.

Токай оказался битым калачом и активировал импланты ровно в тот момент, когда дверь слетела со своего места.

Он вскочил с дивана, на котором сидел, стал в боевую стойку, готовясь встречать непрошеных гостей. Вот только внешний вид его был…чуда с Токаем не случилось — он выглядел побитым, уставшим.

— Ты? — Токай узнал Кира и глаза его расширились от удивления. — Как…

Кир отвечать не стал и бросился в атаку.

Токай свое удивление погасил быстрее, и первый же удар Кира (который, как думал сам Кир, может оказаться удачным и одновременно последним в этой драке) прошел мимо.

Так же случилось и со всеми другими ударами — Токай от них уворачивался.

Правда, в нем уже не наблюдалось той грации и эдакого презрения, которые были в том, первом бою, в квартире Лай. Сейчас Токай бился всерьез, не позволяя себе играть с оппонентом.

Он мгновенно перешел в контратаку, провел целую серию выпадов, стараясь бить по наиболее уязвимым местам и болевым точкам.

Абсолютно все его удары нашли цель, все попали туда, куда он и планировал, вот только Киру от них было ни холодно, ни жарко.

Токай в отчаянье выхватил нож, и тот, мелькнув в его руке, как молния, устремился в живот Киру.

То не смог увернуться, но лезвие, ударив, казалось, точно в цель, вдруг скользнуло в сторону, прошло вскользь, разорвав одежду и распоров кожу.

Кровавое пятно тут же появилось на комбезе, но Кир этого не заметил. Он и удар лишь констатировал, никакой боли при этом не почувствовав. Все так же, как и во время драки в переулке с гопниками, и затем с корпоратами.

— Да что ты такое? — Токай отступил, окинув взглядом Кира с головы до ног, будто перед ним появился кто-то другой.

Кир попытался воспользоваться моментом — пошел в наступление, но Токай был истинным профи — ни удивление, ни чудеса с воскрешением, ни даже неуязвимость противника его не в состоянии остановить, сбить с толку.