Так что за столом я сидела с ним рядом, и время от времени он склонялся ко мне и похлопывал меня по руке.

Тетя Сара была совсем другая, хотя и ее отличали характерные для всех Рокуэллов черты лица, светлые волосы и брови. Ее голубые глаза блуждали. Она казалась озабоченной, словно всячески старалась попять, что происходит вокруг, но смысл происходящего от нее ускользал. Я подумала: пожалуй, она даже старше своего брата.

— Сара! — прокричал сэр Мэтью. — Это моя новая дочка!

Сара кивнула ему и улыбнулась прелестной в своей наивности улыбкой. Я пожалела, что не встретила этих стариков первыми. Тогда бы я непременно почувствовала тепло при вхождении в дом.

— Как вас зовут? — спросила Сара.

— Кэтрин.

Она кивнула, и во время обеда, когда бы я ни подняла глаза, я ловила на себе ее взгляд. Сэр Мэтью захотел узнать, как мы с Габриэлем познакомились и почему так быстро решили пожениться. Я рассказала ему про Пятницу.

— Уж эти цыгане, — покачал он головой. — Они жестоко обращаются с животными. Я их к себе не пускаю. Однако должен признать, что день, когда Габриэлю вздумалось поскакать по той дороге, оказался для него поистине счастливым.

— Он вечно куда-нибудь исчезает… — вставил свое слово Люк. — Ускачет на своей лошади, и мы не имеем представления, где он и когда вернется.

— Ну и что? — возразил Габриэль. — Только так и можно устроить себе праздник. Ненавижу всякие планы. А то размечтаешься о каких-то удовольствиях, а потом разочаруешься. Нет! «Спеши туда, куда тебя влечет душа!» — вот мой девиз.

— На этот раз он тебя не подвел, — улыбнулся мне сэр Мэтью.

— Я покажу Клэр свои вышивки, — пробормотала, глядя на меня, тетя Сара. — Они должны ей понравиться.

Наступило короткое молчание. Потом Руфь спокойно сказала:

— Это не Клэр, тетя Сара. Это — Кэтрин.

— Да-да, конечно… — согласилась Сара. — Вы любите вышивать, дорогая?

— Люблю, но я плохая рукодельница. Не очень-то лажу с иглой.

— И не надо, — отозвался сэр Мэтью. — Зачем напрягать такие прелестные глазки? — Он наклонился ко мне и прикрыл мою руку своей морщинистой рукой. — Моя сестра немного забывчива. Временами она уходит мыслями в прошлое. — На его лицо набежала тень. — Увы, мы с ней немолоды…

Разговор перешел на их дом. Мне рассказали о здешних окрестностях, о конюшне — я рада была услышать, что у них нет недостатка в лошадях, — о соседях, друзьях, больших охотах и вообще о жизни в Киркленд-Мурсайд; я чувствовала, что они всячески стараются показать, что рады мне. Быть может, странное поведение Габриэля заставило меня с самого начала в этом усомниться.

Руфь сказала, что собирается в конце педели устроить торжественный обед в честь нашей свадьбы, а будь у нее время, она устроила бы его сегодня.

— Вам необходимо кое с кем познакомиться, — добавила она. — Есть люди, жаждущие с вами встретиться.

— Кого ты собираешься пригласить? — быстро спросил Габриэль.

— Ну… я думаю, Саймона. В конце концов, он тоже член семьи. Вероятно, надо пригласить и Хейгар, хотя вряд ли она придет. И наверное, викария с женой, и, конечно, Смитов.

Сэр Мэтью кивнул и повернулся ко мне:

— Мы хотим, дорогая, чтобы вы сразу почувствовали себя дома.

Я поблагодарила его, и, когда обед закончился, Руфь, Сара и я удалились в соседнюю гостиную, оставив мужчин наслаждаться портвейном.