– Спасибо! – Салма взяла Андерсона за руку. – Ты на самом деле столько для меня делаешь! Просто все. Может, потерплю тебя еще немного.

C₂₂H₂₈N₂O. Китаянка, Белый китаец, Аппачи, Танцевальная лихорадка, Хороший парень, Убийца 8, ТНТ, Джекпот. У этого наркотика много имен. Фентанил, правитель страны опиатов, царь горы, вершина вершин. Наркотик номер один. Доктор Смайл был щедрым человеком. Его бесплатный пакет для новых клиентов включал в себя шесть упаковок, содержащих различное количество опиоидов-леденцов марки ACTIQ, производителем которых он даже не являлся – два, четыре, шесть, восемь, двенадцать и шестнадцать микрограммов в одной штуке. Была там и маленькая подарочная коробочка с гвоздем программы – дозатором сублингвального спрея InSmile™ производства SPI. Листок с инструкциями по применению гласил, что “строго рекомендована” так называемая “акклиматизация”. Следовало начинать с малых доз и идти по нарастающей. Для людей, ранее не употреблявших опиоиды, даже один леденец с самым малым их содержанием может представлять опасность для жизни и привести в том числе к возникновению паралича дыхательных мышц — состояния, когда человеку кажется, что он не может дышать. Помимо прочего, как известно любому ребенку, неконтролируемое употребление леденцов приводит к изъязвлению носоглотки и выпадению зубов. Данные леденцы вызывают привыкание. Запрещается употреблять их в количестве, превышающем сто двадцать штук в месяц. Приятного времяпрепровождения!

После ухода Андерсона Тайера (место в ее постели на сегодня было занято, милый, ее ждала встреча с гораздо более изобретательным любовником) Салма начала тщательно готовиться к знакомству с фруктовыми леденцами, словно в эту ночь ее будуар должен был посетить сам Казанова. Она приняла ванну, побрилась, где положено, подушилась и намазалась лосьоном, чтобы не быть излишне бледной, часть волос заплела в косу, а часть оставила свободно спускаться по плечам. Потом легла в постель – “Мерцало платье белизной, ⁄ Как хлопья снега под луной, ⁄ Она плыла во тьме ночной”  [], – взяла в руки леденец, положила в рот и попыталась вспомнить, чьими словами неожиданно зазвучал он в ее голове: “Беда! Проклятье ждет меня!” ⁄ Воскликнула Шалот. Готовилась ли она в тот момент к смерти? Хотела ли, поддавшись семейному проклятию, пройти дорогой мамы и бабушки к добровольному концу? Нет, сказала она себе твердо, вероятнее всего, нет. Она справится. Она уж никак не была человеком, ранее не употреблявшим и далее по тексту. Но она будет делать все медленно. Начнет от подножия этой уходящей в небеса лестницы.

Тысяча шестьсот микрограмм фентанила – то же самое, что сто шестьдесят миллиграмм морфина. Это мощный приход, а сублингвальный спрей сделает его еще круче. Стоит начать с двухсот микрограмм. Иди шагом до тех пор, пока не сможешь не перейти на бег, потом беги, и только потом взлетай.

В наши дни химия остается единственным способом испытать радость. Сначала нужно отключить себя от Всеобщей связанности, а затем, когда окружающий мир скроется во мраке, положить в рот кусочек эйфории и рассосать ее. Это единственный любовник, который никогда не разочарует, друг, который не бросит, партнер, который не предаст, правительство, которое не обманет. Только это последовательно, надежно, честно и всегда оправдывает ожидания. Сонная, неспешная радость. Вот и она. Отключи голову, расслабься и плыви по течению.

Смерть эго.

Самадхи.

Высшее блаженство.

В письме Кишота, которое пришло вместе с фотографией, с некоторой долей тревоги говорилось о конце света. Салма магнитом прикрепила копию письма к холодильнику. Как и прочие послания от скрывающегося за псевдонимом автора, оно было написано каллиграфическим почерком, но содержало довольно экстравагантные для обладателя столь твердой руки идеи.