— Куда собрался красавчик? — Крикнула она, взмахнув хлыстами. Они вдруг стали намного длиннее. Он ощутил, как два обруча боли закрутились вокруг ног. Его с силой дёрнуло обратно.

Великий свалился наземь, в десятке метров от Богини Плети.

— А сейчас будет действительно больно. — Произнесла девушка и рванула рукояти хлыстов.

Ноги резануло, да так что он закричал. Глянул вниз — нет ног. Хлысты перерубили их так легко, словно были они из соломы.

— Ну, вот и всё, мой маленький Некромант. — Девушка стояла над ним. Её стройная ножка, наступила ему на грудь и с не женской силой прижала к земле. Она улыбалась, довольная, но всё же не слишком. — Знаешь, я ждала большего. Рив полудурочный — он кого попало отмечает своим вниманием. Но Ринн! Это совсем другое дело. Ринн умеет разглядеть Истинную силу. Должна признать, я очень опечалена тем, что в этот раз Великий из Великих, всё же ошибся.

— Я не хочу сражаться. — Проговорил Китэгра — боль ушла. Собственно, в этом теле её ничто вызвать и не могло — он так полагал, до сего момента. Оказывается, касание Первородной, рассекает болью что угодно — она добирается до самой души и нет возможности остановить её влияние. Даже если Первородная лишь слегка коснётся тела, душа всё равно срезанирует и боль придёт, не извне — изнутри, распространится она по всему телу.

— Ты просишь пощады? — Богиня сложила бровки домиком, губки вытянула трубочкой, чуть наклонилась к нему и, сюсюкая, сказала. — Маленький ты мой некромантик. Больно тебе маленький? Плакать сейчас будешь? Попросишь, что б тётя тебя не трогала? Ай-ай, какой ты плакса, Тёмный Бог. А такой казался смелый и мужественный! Жаль, что только казался.

Она рассмеялась, выпрямив спину. И не глядя, нанесла удар плетью.

В ответ Китэгра ударил Косой. Лезвие срезало плеть у самого основания, едва не оттяпав Энсея кисть. Не успел хлыст упасть, как пламя Смерти соткало ему новые ноги. Китэгра немедленно вскочил, врезав кулаком в плоский живот Богини. В момент удара, Смерть так сильно сплелась вокруг кисти, что казалось, будто там образовалась дыра в Межмирье.

Девушку бросило метров на двадцать назад. Она пролетела их над землёй и рухнула на спину, проехав по камням ещё с полдесятка метров. Кожу с её изящной спины содрало до самого мяса.

Китэгра замер, сложив руки на косе. Пламя Смерти трепетало на его теле, восстанавливая повреждения и ткань чёрного балахона.

Энсея лежала на земле с минуту, не меньше. Наконец, она поднялась. В животе дыра с арбуз, там пылает огонь смерти, который никак не желает угасать, хотя ему и противостоит пламя Жизни. Впрочем, когда к зелёному примешался жёлтый свет, рана зажила почти мгновенно.

Богиня посмотрела на свой хлыст — обрубок остался. Она бросила его и щёлкнула вторым. С гримасой недовольства, глянула на противника. Почти сразу гримасу сменила довольная улыбка — она не ожидала случившегося, но была тому очень рада.

Для неё, эта битва становилась всё интереснее…

Следующие пять минут заставили толпу зрителей, шуметь в восхищении и совсем немножко от страха. Боги шли друг на друга, неторопливым прогулочным шагом. Да. И при этом осыпали друг друга Формами, настолько перекачанными Силой, что сама ткань мира трещала по швам.

Зрители немного смогли разглядеть — от одного Бога до другого, сплошная полоса огня чёрного, зелёного и жёлтых цветов. Большая часть с ужасным грохотом рассеивалась. Иногда просто на куски безобидных пламеней. Иногда, потоки энергии отражались в землю, в небо или пролетали над головами Рыцарей, окатывая их сильнейшими эманациями всех трёх использовавшихся Сил. Некоторых стошнило, другие вдруг начинали в панике метаться и кричать от ужаса, третьих переполняло энергией, им начинало казаться, что они лично, в одно лицо, могут положить этого Тёмного Бога.